– Не бог, конечно, но существо разумное, хотя и выращенное искусственно.
– Странно, – сказал Ядогава.
– Что, простите?
– Если Вестники были созданы по технологии БОГ, то поведение нимфанского «мурекса» далеко от поведения интеллектуального существа.
– Не все Вестники были созданы «богами», – покачала головой приободрившаяся Елизавета; никто из присутствующих не стал напоминать о совершённых ею ошибках, никто не смотрел косо, и она приобрела прежнюю профессиональную уверенность. – Я имею в виду нравственную базу. Вестники строились как летающие командные пункты, умеющие автоматически запускать уцелевшие стратегические комплексы для гарантированного уничтожения агрессора. Высокие моральные качества им были ни к чему. Нам просто повезло, что Копун… то есть толкиновский Вестник, оказался таким дружелюбно настроенным. – Елизавета с улыбкой кивнула на Ломакина. – Он даже определил, что Иван – дальний родственник главного конструктора.
– Поздравляю! – хохотнул Альберт.
– Если нимфанский Вестник, подчинившийся Курту, – задумчиво сказала Фьоретта, – тоже имеет «божественные» возможности, нас ждут непростые времена.
– Я надеюсь, что Вестник Нимфы не «бог», – пробормотал Иван. – Курт, по большому счёту, трус, и если ему дать надлежащий отпор…
– Он сбежит! – скривил губы Альберт.
– Его надо уничтожить! – твёрдо сказала Фьоретта. – Иначе он будет возвращаться снова и снова!
Иван и Бугров переглянулись. Капитан взял его под руку.
– Идёмте, расскажете подробно, где были и что видели.
– Мы проверили базу на спутнике Юпитера…
– Вот и обменяемся новостями.
Последовавшие вслед за встречей несколько часов пролетели в беседах с разными должностными лицами Роскосмоса и сотрудниками Службы безопасности как на борту «Дерзкого», так и на космодроме в Плесецке. В конце концов слегка одуревших от долгих объяснений путешественников оставили в покое, и оба смогли уединиться в жилом модуле Ломакина на окраине Плесецка.
Отпустив сопровождавших пару сотрудников спецохраны (их предупредили, что теперь они будут находиться под постоянным наблюдением как свидетели и держатели значимых космических тайн), Иван и Елизавета обнялись в тишине двухкомнатного жилого блока, после чего объятия закончились в постели, хотя минуту назад казалось, что сил у обоих хватит только на водные процедуры и на сон.
Спать легли намного позже, чем рассчитывали. Сил, конечно, не прибавилось, но ласки любимой благотворно сказались на тонусе Ивана, и он с удовольствием поухаживал за женщиной после получасового валяния в ванне: приготовил глинтвейн, добавив в напиток сушёной черники, приготовил овощное рагу (просто включил линию доставки, но тем не менее), затем сварил кофе, и они долго сидели в гостиной, завёрнутые в простыни, поглядывая на виом ТВ-системы, обсуждали мировые новости (конфликты множились, войны за обладание астероидами шли постоянно), вспоминали общих знакомых, прощание с Копуном и составляли планы на будущее. А когда всё-таки легли спать, не в силах совладать с расслаблением, Елизавета сказала непослушными губами:
– Я тебя люблю, Ваня-кун.
Иван засмеялся и прижал её к себе…
Сон ему приснился странный: он обозревал космос, как человек обозревает океан с большой высоты, будучи не просто наблюдателем, не одиноким существом и даже не планетой или звездой, а целой галактикой, и видел затухающие костры погибающих миров, планет, звёзд и их скоплений, и сердце сжимала тревога, хотелось остановить мрачный огонь уничтожения, пожирающий галактики, пылающий во всех уголках Вселенной, броситься в этот страшный пламень и спасти гибнущие расы. Но сил не было, тело не слушалось, скованное невидимыми путами, и он мог только в ужасе следить за уничтожением жизни, запущенным самой жизнью…
Звёзды тела-галактики начали растворяться в тихом звоне, и он очнулся. Ушей действительно коснулся реальный тихий мелодичный звон.
– Ваня, твой мобик, – послышался шёпот проснувшейся Елизаветы.
Иван окончательно пришёл в себя, цапнул с тумбочки браслет коммуникатора и вышел в гостиную. Над браслетом выросла голова капитана Бугрова.
– Иван, тревога А-формата! Ты далеко?
Ёкнуло сердце.
– У себя… что случилось?
– В облаке Оорта появилось невидимое массивное тело. Кроме того, за орбитой Урана произошло крушение круизного лайнера «Синко Льягас», принадлежащего испанцам. А также перестал поддерживать связь пограничный модуль Межкосмоса, контролирующий пространство за орбитой Нептуна.
– Прибыл! – выдохнул Иван.
– Ты думаешь…
– Это Шнайдер, без сомнений! Вернее, его носитель – «мурекс».
– Не наш Копун?
– Копун совершеннее и умнее, он не станет шастать по Солнечной системе как слон по посудной лавке. И я уверен, что он давно где-нибудь в ядре галактики.
– Ладно, ещё поговорим, срочно на крейсер!
– Буду через полчаса.
Голова Бугрова растаяла.
В гостиную вошла заспанная Елизавета в одной полупрозрачной ночной рубашке.
– Кто звонил?
– Капитан.
В глазах женщины протаяла тревога.
– Что случилось?
– Это называется – отдохнули. Курт в Системе! – Иван сбросил оцепенение, пересказал слова Бугрова.
Елизавета зябко передёрнула плечами.
