– Мертвец… на самом деле – кладбище Предтеч.
Замолчали все, кто в этот момент вёл переговоры.
– Хорошо, я понял, – сказал Вересов. – Сюда нужна экспедиция… А пока занимаемся своими делами.
«Голем» поворочался в лабиринте подземных переходов, окружавших «пузырчатый мозг» Мертвеца своеобразной пеной, и перед ним сформировался узкий тоннель с пористыми кружевными стенами.
– Даль Данилович…
– Действуй самостоятельно! – перебил пилота Вересов. – Надо будет сделать манёвр – я скомандую.
Катер углубился в тоннель и, миновав несколько входов в пузыри с пульсирующей подсветкой, вылетел в сферическую полость диаметром в два десятка метров, заполненную мерцающим туманом.
По нервам пассажиров пробежала волна колючек.
– Сбои в силовой защите! – доложил компьютер «голема».
– Иван…
– Копун говорит, здесь значительно повышен уровень метрических колебаний пространства, – торопливо проговорил Ломакин. – Мерность качается между тремя и четырьмя измерениями.
– Это опасно?
– Опасно, но иного способа контакта с базой данных Мертвеца нет.
– Как долго можно находиться здесь?
– Не знаю… наверно, всё зависит от порога возбуждения мозга Мертвеца…
– И от нашего состояния, – заметил Мишин.
– Почему Копун молчит?
– Все виды электромагнитной связи в этом пузыре недоступны. С Копуном могу разговаривать только я.
– Жаль.
– Извините…
– Ты ни при чём. Если Копун готов на контакт – пусть начинает.
Туман в полости стал гуще. Мерцающие искорки в нём стали превращаться в крохотные молнии.
Вересов почувствовал дурноту, контуры предметов в кабине катера стали колебаться и плыть.
– Защита!
– На пределе, – сообщил компьютер.
– Не нравится мне это, – не выдержал молчавший против обыкновения до сих пор Альберт. – Может, вернёмся?
– Не дрейфь, парень, – сказал Мишин. – Мог бы и не идти с нами.
– Кто ж знал, что тут так неуютно?
– Терпи.
– Помолчите! – процедил сквозь зубы Вересов. – Иван, долго ещё?
– Сейчас, сейчас, не от меня зависит… Копун подсоединился… возможно, даст обратную связь.
Туман, заполнявший сферу, внезапно исчез. «Голем» обняла тьма без единого проблеска света.
– Мы не провалимся в какое-нибудь соседнее измерение? – с нервным смешком сказал Альберт. – Ещё выбросит в другую Вселенную!
– Колебания мерности не очень большие… – Ломакин не закончил.
Со всех сторон тьму прорезали лучики света. Впечатление было такое, будто катер оказался в космосе, окружённый звёздами. Но это были не звёзды! Приглядевшись, Вересов понял, что каждая звёздочка имеет свою конфигурацию и пульсирует в своём ритме. Поближе к катеру – по ощущениям – светились белые и голубые колечки, подальше – жёлтые спиральки и красные крестики.
– Что это?! – прошептал Альберт.
– Карта, – сказал Ломакин.
– Карта?!
– Карта цивилизаций.
– Какая же это карта, если видны только огоньки?
– Их можно развернуть.
– А вот с этого момента поподробнее, – вклинился в разговор космолётчиков Вересов. – Как мы можем развернуть эти огни?
– Секунду… какой кластер вы хотите посмотреть?
– Да любой, какой поближе. Вон тот, голубенький.
Одно из голубых колечек резко увеличилось в размерах, словно катер метнулся к нему на большой скорости. Колечко распалось на рой светлячков, расползшихся во все стороны и охвативших земной аппарат. Картина застыла, став больше похожей на ночное земное небо. Звёзды этого неба расплылись в облачка искр.
– Это кластер галактик Волосы Вероники. Точнее, он был таким миллиард лет назад.
– Откуда твой приятель знает названия наших галактик и их скоплений? – недоверчиво спросил Альберт.
– Во-первых, названия известны мне, а Копун читает их в моей памяти. Во-вторых, он не сидел в Солнечной системе сложа руки и скачал многие информационные базы, в том числе у астрономов.
– Эти звёздочки указывают на местоположение цивилизаций или только галактик? – поинтересовался Вересов.
– Расположение галактик.
– Разверните одну.
Самая яркая световая спиралька рванулась навстречу и превратилась в гигантскую пятирукавную спираль из звёзд и светящихся газовых струй. В одном из рукавов, ближе к центру галактики, начала мигать ярко-сиреневая звезда.
– Копун говорит, что это район, контролируемый одной из цивилизаций.
– Поближе посмотреть можно?
Через пару секунд галактика ринулась к «голему», расползаясь во все стороны лохмами газовых и пылевых облаков и звёздными струями. Яркая звезда увеличилась в размерах и превратилась в красивую семиугольную снежинку, собранную из белых и голубых звёзд, соединённых лучиками света.
– Праматы, – сказал Ломакин.
– Как?
– Система живых геометрических преобразований, предки жителей Орилоуха в нашей галактике. Они владели энергией целого куста звёзд. – Иван Помолчал. – Но это им не помогло, война их погубила. А потомки сбежали в нашу галактику Млечный Путь и создали Орилоух, живую планету-фрактал.
– Мы к ней не летали, – хмыкнул Альберт.
– Может, когда-нибудь полетим. Но Копун говорит, что орилоуны ни с кем из вселян не поддерживали контакта. И с нами не станут.
