Отворачиваюсь от него, чтобы выполнить просьбу, а возвращаю к нему взгляд, когда Даниил уже тянется за тарелками. Мы снова стоит слишком близко. Затаиваю дыхание, но почему-то не решаюсь отойти. Он опускает на меня глаза и, кажется, задерживает их на моих губах. Хлопаю ресницами. Внутри всё трепещет. Хочется податься вперёд. Даниил опускает руки, а я наконец-то исполняю своё желание. Осторожно обнимаю его за шею и тяну на себя. За последнюю неделю это стало для нас вполне нормальным, поэтому он первый касается моих губ и целует. Сначала неспеша и очень нежно. Мои ладони соскальзывают на его плечи. Даниил обнимает меня за талию, притягивая ближе к себе. Теперь уже поцелуй становится настойчивее. Я запускаю пальцы в его короткие мягкие волосы и слегка сжимаю. Даниил сильнее обхватывает меня руками, вдруг резко отрывает от земли и усаживает на столешницу, а сам встаёт между моих ног. Выгибаю спину. Хочется стать ещё ближе. Его ладони пробираются под кофту. Сердце бьётся с такой силой, что мне кажется, что он чувствует это. От прохладных пальцев по коже пробегают мурашки. Даниил медленно задирает мою кофту и на секунду разрывает поцелуй, чтобы снять её, но откуда-то со стороны раздаётся настойчивый кашель. Я вздрагиваю. Он поворачивает голову к звуку. Повторяю за ним.
Перед нами стоит высокая женщина. Её тёмные волосы крупными локонами еле касаются плеч. Широкие брови нахмурены, а практически чёрные глаза смотрят на нас с явным неодобрением.
— Что ты тут делаешь? — спрашивает Даниил, отходя от меня.
Я быстро натягиваю кофту обратно и спрыгиваю на пол. Мысли возвращаются в голову и стремительно пытаются свести меня с ума, поэтому молчу и слежу за незнакомой женщиной.
— Пришла узнать, как дела у моего сыночка, — раздражительно отвечает она. — Так вот почему ты в преподаватели пошёл? Спать с наивными студентками?
— Мам, это не твоё дело, — бросает Даниил.
Теперь мне снова хочется испариться. Я ещё не думала о знакомстве с его мамой, но явно хотела бы, чтобы оно прошло не так. Женщина подходит ближе к нам, цокая своими каблуками, которые она даже не удосужилась снять.
— А ты, как дурочка, повелась на него? — его мама смотрит мне в глаза тем же взглядом, которым когда-то Даниил Александрович заставлял меня бояться.
— Нет, я… — пытаюсь как-то оправдаться, но преподаватель перебивает меня:
— Тебя, мама, это не касается.
— Ещё как касается, — она качает головой. — Ты готов променять нашу кампанию на это?
Она снова весьма красноречиво смотрит на меня. Не знаю, что делать. Может, мне просто уйти? Пусть разбираются сами со своими проблемами.
— Ты так долго боролся с нами, чтобы испортить свою преподавательскую репутацию с самого начала карьеры? — её глаза устремляются на сына. — Этим ты испортишь и нашу с отцом репутацию. Я тебе не позволю спать с малолетними потаскухами, которые готовы на всё ради зачёта.
Вздрагиваю. Это не может так продолжаться. Я не хочу всё это слушать. Срываюсь с места, чтобы забрать из гостиной свои вещи, и наконец-то покинуть эту квартиру.
— Катя, стой, — слышу шаги Даниила за своей спиной, но следом раздаётся голос его матери:
— Лера мне всё рассказала. Она видела вас в университете. Чем ты думал? Ей не составит труда доложить об этом твоему начальству. Скажи спасибо, что сначала Лерочка обратилась ко мне.
Сердце сжимается. В голове промелькают сотни лиц, но отчаянно не могу вспомнить никакую Леру. Может, та девчонка со второго курса? Хотя какая мне уже разница.
— А Лере-то какое дело? — грозно бросает Даниил.
Я хватаю свой телефон и сумку.
— Наверное, бедняжка всё ещё любит тебя и не может смотреть на то, как ты портишь свою жизнь. А, может, она просто хороший человек и пытается помочь? — проговаривает женщина слишком спокойным для этой ситуации голосом.
Кажется, она уже уверена, что одержала победу. Пусть так оно и будет. Я просто сейчас исчезну отсюда, а потом уже поговорю с Даниилом. Уже натягиваю кроссовки на ноги.
— Я пошла, а ты ещё раз подумай, надо ли оно тебе, — произносит напоследок его мама, а затем появляется в прихожей.
Я пулей выбегаю из квартиры. Пытаюсь вызвать лифт, но он едет слишком долго, поэтому быстрым шагом подхожу к лестнице, но эта слишком навязчивая женщина меня останавливает:
— Куда ты так спешишь? Подожди.
Сама не знаю, почему я останавливаюсь. Её слишком властный голос, который так похож на Даниила Александровича, заставляет замереть на месте. Она подходит ближе. Стук каблуков эхом разносится по помещению.
— Разве ты сама хочешь испортить ему жизнь? Про вас узнают обязательно. Это лишь вопрос времени. Если не переживаешь о нём, то подумай, что будет с твоей репутацией.