Парню хотелось всё бросить, уйти и пнуть конусы, чтобы все внутренние ошмётки разлетелись, как и его ожидания. Обидно, что поверил в себя чересчур рьяно. Получай горькую порцию кармы, невежа.
– Матюша! – ох, Нина Петровна, как же ваш голос вдруг стал маяком среди шторма? – Победа никогда не приходит сама! Вставай! А то заставлю тебя помогать мне в ванне и туалете!
Кучки людей засмеялись, а Матвей вместе с ними, не удержался, как представил эту пугающую картину. Доколе невиданное тепло растеклось по его телу, стало легче двигаться, да и его голова больше не пыталась сожрать саму себя, вот так достижение! Почаще бы каждый человек мог себе позволить это перемирие с вечным сожителем – разумом.
Светлицкий встал, резво выдохнул три раза и помчался вперёд, внимательно слушая голос бабушки.
– Левее! Да, вот, обходи эту головёшку! Дальше деревяшки, не разгоняйся, а то больно будет!
Прыжок, присед, выпад в стороны… В мешке он чувствовал себя неуклюжим и отчаянным. Как олицетворение всех потопленных котов, он мчался к свободе.
– Справа пень валяется!
«Отлично, обошёл».
– Слева два пня, господи, они ростом с меня, не врежься!
«Тихо, тихо!», – Светлицкого закрутило, завертело и как мистера-болванчика понесло ещё быстрее. Краем уха он отчётливо слышал, как падают другие ребята.
– Впереди яма! Прыжок!
– Бабуля! – громко крикнул Матвей, – Не гони!
Ошибка каждого участника забега в мешках – пытаться управлять ими, рисковать в сложнейших пируэтах. Матвей точно знал, что ямы нужно было оббегать, а не перепрыгивать.
Удача! Он вырвался вперёд! Ругань отстающих об очередном падении – тому доказательство.
