Я люблю город в 5 утра. Иногда, мне просто хочется пройтись по пустым улицам, когда дороги ещё не загружены машинами и людьми, постоянно куда-то спешащими. Весенний ветер ворошил мои пышные блондинистые волосы, а я всё больше куталась в свой простой плащ. Домой идти совсем не хотелось. Я всё обдумывала разговор с братом. Помочь маме. Это также и моё желание. Мне хочется вновь увидеть ту женщину, которая души не чаяла в нас с Никитой. А теперь она просто не обращает на своих детей внимание. Я тоже скучаю по папе, по нашему прекрасному лету, по воскресным походам в кафе-мороженное. Но мне нельзя раскисать. Никто больше не сможет позаботиться о Никите. Я бы с удовольствием отправила маму в какую-нибудь клинику, пусть это будет дорого – мы бы с Ником накопили. Проблема далеко не в этом, а в её психологическом состоянии – она не хочет лечиться, не хочет возвращаться к реальной, нормальной жизни. Сначала мы очень долго пытались уговорить её начать работать с психологом, но попытки были тщетны. Я опустила руки, у меня просто не было больше сил бороться с ней. Я была опустошена.
Свет горел в окнах нашей кухни. Тяжело вздохнув, я пошла в направлении подъезда. Никита придет не раньше 10, а значит, у меня есть время поспать, если мама опять не натворила чего-нибудь, что придется разгребать.
Я зашла в квартиру, ощущая уже сроднившейся с моим обонянием запах перегара. Ругаться не было смысла, это уже давно ни к чему не приводит. На кухне стояли бутылки, но мамы не было. Она мирно спала в своей кровати. Это успокоило моё воображение, которое на самом деле готовилось к самому худшему. Не в силах даже принимать душ, я одела большую длинную майку и легла на кровать, чтобы провалиться в сон – мир, где можно исправить в своей жизни хоть что-то.
Осознание приходило не сразу. Я слышала во сне голос брата, который говорил о новых футбольных матчах, а его глаза горели. Улыбка озаряла моё лицо.
- Лекс, ты улыбаешься. – касание к моей руке были слишком реалистичными, чтобы быть просто сном. Мне пришлось разлепить глаза и увидеть самого родного человека.
- Ник, ты уже пришёл. Я сделаю тебе завтрак. – я попыталась поднять своё непослушное тело вперед к новому дню, но у него явно были другие планы.
- Лежи. Я сам приготовлю тебе завтрак. – Никита гордо вздернул подбородок. Всё-таки мальчишка всегда остается мальчишкой, даже рядом с сестрой. – У тебя сегодня выходной?
- Да, наконец-то. – я потянулась и сладко вздохнула.
- Проведем день вместе? – густые, русые ресницы хлопнули, в надежде ожидая, что я отвечу. Улыбка сама озарила моё лицо. Я откинула одеяло, приглашая полежать со мной.
- Я уже взрослый, Лекс. – я закатила глаза.
- Я помогала родителям тебя купать и менять подгузники. Ты мой любимый младший брат и самый родной мне человек. Ложись скорее, я соскучилась. Ты обещал рассказать мне про футбол. – парень долго мялся, сомневаясь, а потом махнул рукой и стал ложиться в мои объятия.
- Только парням не слово. – я рассмеялась и сильнее прижала своего мальчика.
Никита оживленно рассказывал о своих тренировках, его глаза горели огоньком, который когда-то был и у меня. Не смотря на то, что цвет глаз нам достался от папы, огоньки в зрачках бегали, как у мамы. Без них взгляд казался тусклым. Я слушала с упоением, ловля каждое слово брата. Не было ничего, что сильнее будоражило его кровь. Вспомнив, что Никите всё же взрослый мальчик, я решила задать вопрос о девочках. Каково было моё умиление, когда парень залился краской. Мой брат превратился даже не в помидор, а в свеклу.
- Я не буду тебе о ней рассказывать.
- Ну, Никиииит!
- Нет. – Никита надулся как шарик и отвернулся от меня. Я разулыбалась – ребенок.
Я бы спорила с ним до тех пор, пока он не раскололся и не рассказал о ней, а может быть и показал фотографию, но наш семейную беседу и без того происходящую крайне редко прервал телефон. Никита схватил его первым и закатил глаза.
- Лекс, когда тебе парни будут звонить. – я удивленно посмотрела на брата. Что? – Это всего лишь Лерка. – он кинул телефон на кровать. – Я пошел готовить завтрак.
Телефон не прекращал свою трель. Зная Леру, она будет звонить пока у меня не сядет телефон или я не отвечу.
- Алло.
- Саша? Доброе утро. Пора вставать.
- Лер, я только в 6 домой пришла.
- А уже 11. Подъем. Тем более сегодня мы собираемся в бар. И отказы я не принимаю. – я слушала подругу, не раз порываясь открывать рот, чтобы вставить свое слово, но это было бесполезно. – У меня два пригласительных на закрытую вечеринку. Мне дочка Керимова подогнала, прикинь, звонит и говорит, хочешь? Я ведь не могла отказаться, тем более у тебя сегодня выходной. Вот.
- Вообще-то я хотела провести выходной с Никитой.
- Вот и проводи с ним день, а вечером пойдем тусить.
- У меня первый выходной за две недели. Я хочу выспаться
- Саш, ты сможешь выспаться. Мы сделаем кое-что и пойдем домой. Это быстро. – что-то эти слова подруги не внушали мне доверия.
- Лер, ты чего задумала? – девушка красноречиво выкрикнула «блин».
