Жизнь была нормальная, даже хорошая. Творческая работа, хорошая зарплата, безработица не грозит, квартира отдельная, здоровье нормальное. Летние отпуска – в Крыму, в Сочи, в Юрмале, у тещи в Полтаве, в дедовой избенке в Ленинградской области. Его товарищи – обличители режима – отдыхали в Литве, десятки лет у одних и тех же хозяев.
Неприятности тоже, конечно, были. Например, надо знать, где и когда можно купить творог, жена искала мясо, чтобы поменьше костей. На работе в заказах покупали нужные (дефицитные) продукты в комплекте с ненужными (с «нагрузкой»). Цветной телевизор купил по блату через товарища по работе, мебель по записи… Все это разнообразило жизнь, придавало ей охотничий интерес.
Люди (и он в том числе) забывали о феномене воздуха: никто его не замечает, пока он, воздух, есть. Это кажется естественным, на это не обращают внимания.
Люди жили спокойно, работали и зарабатывали, женились и рожали, отдыхали и веселились. Романтические натуры повторяли вслед за поэтом: «Я планов наших люблю громадье, размаха шаги саженьи».
И еще его же: «Другим странам по сто. История – пастью гроба. А моя страна – подросток, — твори, выдумывай, пробуй! Радость прет. Не для вас уделить ли нам?! Жизнь прекрасна и удивительна».
Было: блаженное романтическое меньшинство, послушное трезвомыслящее большинство, агрессивные инакомыслящие единицы.
— Жить хорошо! — говорил киношный Трус.
— А хорошо жить еще лучше! — добавлял Балбес.
В постсоветское время «Литературная газета» опубликовала его статью «У нас была Великая Эпоха».
Атомная бомба – это же очень просто
Крылатые ракеты
Компьютеры
Партия – наш рулевой
Обувной маяк
Защита
Надо творить нечто новое
Семейное
Идейное
Крутой поворот по служебной лестнице
Трагедия
Персональные компьютеры
Инженерские будни
У нас была Великая Эпоха
