Застенчивая Мэрибел Гринвей, привыкшая держаться в тени кузины, провела ночь любви с красавцем Леонидасом Паллисом. Спустя два года ветреный миллиардер вновь появляется в ее жизни…
Когда появился лимузин, среди людей, собравшихся на ступенях церкви, прошел шепоток. Впереди уже проехали две машины с телохранителями, которые прятали глаза за темными очками и переговаривались по рациям. По сигналу охраны шофер лимузина подошел к пассажирской дверце своего автомобиля. Шепот в толпе стал громче, люди с любопытством выворачивали головы и откровенно пялились на вновь прибывшего гостя.
Леонидас Паллис только ступил на тротуар, как тут же привлек к себе всеобщее внимание. Греческий миллиардер возвышался над всеми, демонстрируя высокий рост и могучее телосложение. Потрясающе красивый мужчина носил кашемировое пальто и дизайнерский костюм с присущей ему элегантностью. Его внешность тем не менее вполне подходила к холодному и решительному характеру человека, с ранних лет заработавшему себе дикую репутацию. Но ни один Паллис не добился еще столь замечательных успехов в бизнесе. Заработав несколько миллиардов, Леонидас стал золотым идолом клана Паллис. Его боялись, им восхищались.
Все здесь размышляли, почтит ли этот человек своим присутствием мемориальную службу. В конце концов, с того момента, как Имоджен Стреттон погибла в автомобильной аварии, прошло два года. И хотя в то время они уже не встречались, но у них был бурный роман в университете. Мать Имоджен, Гермиона, выплыла вперед, чтобы поприветствовать самого важного гостя. Присутствие Леонидаса Паллиса любую ситуацию превращало в событие, достойное комментариев. Но греческий миллиардер свел свое появление в свете к минимуму. А Стреттоны были для него незнакомцами: пока Имоджен была жива, он ни разу не встречался с ними.
Какая ирония! Единственная женщина, ради которой Леонидас приехал сюда сегодня и которая, как он ожидал, встретит его у дверей церкви, так и не появилась. Кузина Имоджен, Мэрибел Гринвей.
Отказавшись от приглашения сесть в первом ряду, Леонидас выбрал себе более скромное место, опустившись на скамью с грацией пантеры, и тут же задался вопросом, зачем явился сюда, если Имоджен терпеть не могла церемонии. Будучи известной моделью, она посвящала все свободное время вечеринкам. Рожденная быть центром всеобщего внимания и обожания, Имоджен обожала шокировать публику. Леонидас по-своему любил ее, пока это чувство не перекрыла страсть Имоджен к наркотикам. И тогда он вычеркнул эту женщину из своей жизни, однако сегодня пришел отдать ей последнюю дань уважения. Прошлое есть прошлое, и Леонидас не собирался жить им.
Мэрибел втиснула свою старую машину на стоянку. Она ужасно опаздывала и поэтому торопилась. Еще на скорости девушка попыталась сколоть волосы заколкой. Она недавно вымыла голову, и теперь копна каштановых волос, еще не высохших после душа, не желала собираться в хоть какую-нибудь прическу. Заколка сломалась. Вздохнув, Мэрибел взбила непослушные локоны пальцами, одновременно пытаясь выйти из машины. С самого утра все шло не так.
Впрочем, все не заладилось с прошлого вечера, когда тетушка Гермиона позвонила и с прискорбием сообщила, что поймет, если Мэрибел не сможет прийти на церемонию.
Мэрибел стиснула зубы и ничего не ответила. Последние восемнадцать месяцев родственники ясно давали ей понять, что в их семье она – персона нон грата. Это больно ранило, так как Мэрибел ценила семью. Однако в чем-то она понимала тетю.
Гермиона и ее муж придавали значение внешности, деньгам и статусу. Для них было важно, как на них посмотрят и что о них подумают. Однако когда девочка осталась сиротой, брат ее матери тут же предложил своей одиннадцатилетней племяннице дом и семью. В доме Стреттонов, где росло еще трое детей, Мэрибел быстро научилась растворяться на заднем фоне, где ее недостаток красоты и грации были не так заметны и не вызывали раздражения. Если бы те годы не были скрашены веселостью Имоджен, Мэрибел могла бы сказать, что и не жила вовсе. Хотя у нее не было ничего общего с Имоджен, она обожала кузину, которая была на три года старше.
Это и стало главной причиной, почему Мэрибел твердо решила воздать Имоджен последнюю дань уважения. Ничто не могло ей помешать. Ничто, даже личный дискомфорт. Прошло больше двух лет. Не нужно быть такой впечатлительной. Он ведь наверняка уже все забыл.
Ее фиолетово-синие глаза блеснули злостью. Мэрибел вздернула подбородок. Ей двадцать семь, у нее докторская степень, и она руководитель группы университетского отделения истории древнего мира. Она умна, рассудительна и практична. Любит работать и дружить с мужчинами, но пришла к выводу, что на большее они не тянут. Мэрибел уже оправилась после неожиданной смерти Имоджен. А Леонидас… С чего она вообще взяла, что он может подумать о ней? Возможно, он даже никогда и не вспоминал ее…