– Так, я же ещё маленький, чтобы подвиги совершать! – расстроился Иванушка.
– Дело не в возрасте, а в пригодности. – вразумила мальчика Березница – Я вот тоже ещё маленькая, а видишь, как деревья ловко лечу.
– А бабушка твоя где? – спросил Березницу Иван. – Почему она тебе не помогает?
– Бабушка-то? Она за кедровыми шишками к дяде Матвею в Комарики пошла. – махнула девочка в сторону деревни.
– А зачем твоей бабушке кедровые шишки? – удивился Иванушка.
– Как зачем?! Кедры растить из них будет. А то в нашем царстве ни одного кедра нет. А они знаешь, какие полезные?! – девчушка немного помолчала, и слегка смутившись, тихо добавила – И орехи у них вкусные.
– А если у вас кедров нет, откуда тогда у твоего дяди шишки кедровые?
– А он недавно в Тридвенадцатое царство в гости ездил, вот оттуда и привёз. Ой! – спохватилась девочка – Заговорилась я с тобой! А кабан, в соседней рощице молодой дубок подрывает, корешки портит. Прощай, Иван-царевич! – помахала на прощание девчушка. – Побежала я дубок спасать!
Пропала Березница, как и не было. Только воздух в том месте, где она стояла, долго ещё искрился.
Вздохнул Иван и дальше пошёл. Шёл спокойно, по сторонам больше не смотрел, а только думу думал – думал о Березнице и её бабушке, о коте Тихоне, кедрах и, самое главное, про возраст и пригодность каждого к делу нужному.
Так задумался, что не заметил, как и роща кончилась, и вдали город показался. Маленький, не город, а городок, но зато красивый. Вставали из-за холма терема разноцветные и башни белокаменные. Прибавил Иван шагу, очень уж ему захотелось быстрей в такой красивый сказочный город попасть.
Иван даже запыхался, пока на тот холм поднялся. И предстал перед его глазами Болотинск. Город был со всех сторон окружён каменной стеной. А уже из-за городской стены, терема, купола, башенки и дома виднелись. Тропинка, по которой шёл мальчик, как раз на широкую дорогу к городу выводила.
Подойдя к городской стене и еле отдышавшись от быстрой ходьбы, мальчик постучал в ворота и сказал: – Здравствуйте, я к вам от Тихона пришёл, новую сказку принёс.
Ворота лязгнули и слегка приоткрылись. В образовавшуюся щель выглянул худой, усатый стражник, посмотрел по сторонам и спросил писклявым голоском: – А читать умеешь?
– Умею! – чётко, по-военному ответил Ваня, решивший ничему уже не удивляться.
– Ой, как хорошо, – шепнул мальчику усач и, оглянувшись, добавил: – проходи.
Ваня шагнул к воротам и показал стражнику на закрытые створки.
– Пропустить Добра молодца в палаты царские! – весело крикнул стражник, стукнув о землю ржавой алебардой, и куда-то побежал.
Ворота же натужно заскрипели и открылись. За воротами оказалась мощённая камнями торговая площадь, почему-то практически пустая. Ваня заметил только одного старичка, продававшего грибы, выложенные кучками на прилавок. Вокруг площади за невысокими заборчиками располагались аккуратные деревянные домики с резными наличниками и разнообразными флюгерами на крышах. Мальчик пересёк площадь и вышел прямо к царскому терему.
Встал перед Иваном во всей красе терем царский. С узорным крыльцом, с расписными наличниками. Из терема навстречу ему вышла старушка древняя, несмотря на лето, одетая очень тепло – в белом платке, в меховой потёртой шубейке, в юбке длинной, плюшевой. Сама старенькая, а глаза молодые, задорные. А следам за старушкой стражник вышел, который Ваню в город впустил.
– Здравствуй, мил дружок, добрый молодец! – поприветствовала Ваню старушка. – Как звать, величать тебя?
– Здравствуйте, бабушка! – поздоровался Иванушка. – Я Иван. К вам от кота Тихона пришёл, новую сказку принёс.
– А говорят, ты грамоте учён?! Правда ли это? – спросила старушка.
– Правда, бабушка.
– Это хорошо! А то, внученька у меня больно шустрая девица, учиться хочет. Всех во дворце измучила, да мы все неграмотные. А писарчук наш недавно женился да в Тридевятое царство переехал. Вот ведь беда, какая! Хорошо, что ты к нам забрёл. Пойдём скорее, с Алёнкой познакомлю, она трапезничает, как раз и тебя с дороги покормим.
Пошёл Иван вслед за старушкой. Идёт, по пути на палаты царские, любуется. Пришли они в трапезную, за столом девчушка лет, примерно шести, сидит и кашу по тарелке размазывает. А у самой и лицо, и сарафан, и руки в каше вымазаны.
– Бабушка, не люблю я кашу, ты же знаешь! Я пирог с вишней хочу! – увидев вошедших, заканючила царевна.
– Ах ты, бесстыдница! Я тебе, учителя привела, а ты капризничаешь. – Рассердилась старушка на внучку.
Царевна насупилась, взглядом в тарелку уткнувшись. Потом подняла голову и показала Ване язык. Мальчик улыбнулся – смешная девчонка!
– Садись, Добрый молодец, откушай с нами, отдохни с дороги, – привечала Ивана старушка. – А на Алёнку не обращай внимания, она добрая девочка, только балованная немножко.
Сел Иван за стол, взял ложку, подвинул к себе тарелку с кашей поближе и начал есть. А каша-то вкусная-превкусная, совсем как мамина оказалась. Ел Ваня, да кашу нахваливал. Посмотрела на него Алёнка, посмотрела, да всю свою кашу съела.
