- Чтобы идти туда, надо сначала с Пегитген говорить, янра кэлъет говорить, защиту просить, однако, - не поскупился на слова Тынэвири, - амулеты есть, но говорить надо, подарки надо для янра кэлъет, для олча надо, - завершил длинный спич меркантильный шаман. Но, с другой стороны, если подумать, так даже смерть не бесплатна -- она стоит жизни.
- А какие подарки порадуют духов, какие подарки хотят олча? - взял в свои руки переговорную инициативу председатель правления гильдии,- мы готовы к необходимым расходам, и нам бы ещё проводника бы...
- Олча пять стальных ножей надо -- вот таких, - староста скрюченным перстом, украшенным распухшими от артрита суставами, указал на добротный охотничий нож, висящий на поясе Афолабе,- три винтовки, и десять цинков патронов, - Выргыргылеле решил, что гулять, так гулять. В кои-то веки удача привалила -- духи послали глупых большеглазых людей, готовых за смерть свою ценные вещи отдавать, пользоваться случаем надо, однако.
- Для духов оленя надо,- деловито дополнил сказанное старейшиной шаман,- если нет у вас, продать можем, однако.
- Сколько и чего? - Афолабе уже начал всерьез подозревать, что эти два олчи сейчас его, натурально, по миру пустят.
- Две винтовки, однако, - сказал шаман, довольно жмурясь, - и пять цинков.
- По рукам, - подвёл черту под торгом председатель правления.
- Мудрейший, - обратилась Нтанда к шаману, - а не можешь ли ты сказать, что значит то, что во сне я увидела большую белую сову и детский плач услышала?
- Плохой знак, однако, озабоченно произнёс Тынэвири, - ангъяка встретить можешь. Тут не оплошай -- сталью отогнать можно. Стали он боится. А свинца не боится, однако. Можно собачью кость сломать и в огонь бросить. Умрёт тогда совсем,- шаман прикрыл глаза, вздохнул, и закончил мысль,- но завтра камлать буду, для вас у духов защиту просить буду.
- И, все-таки, - Афолабе снова привлек внимание стариков, - проводника бы нам.
- Охотникам скажу, однако. Если согласится кто, завтра утром пришлю, тогда договаривайся, - подвел черту под разговором Выргыргылеле, и снова, будто невзначай, мазнул взглядом по лицу Нтанды. Какой сладострастный старикашка... Однако.
Очаг уже еле теплился, всё, о чём имело смысл говорить, было обговорено, все решения приняты. Афолабе Молефе и его дочь, попрощавшись с олча, повлеклись неспешно в сторону лагеря. Ещё много чего надо было сегодня сделать.
С первыми утренними лучами солнца появились и заботы, запланированные на день грядущий. Ну, и внеплановые тоже. Как же без этого, без этого не никак.
Нтанда высунула нос из пухового кокона спального мешка. В палатку сквозь неплотно занавешенный вход просачивался слабый, но бодрящий, запах свежезаваренного буна. Это мотивировало ее на то, чтобы покинуть тёплые и уютные глубины спальника и отважно броситься в неумолимо накатывающую волну занимающегося дня.
Одевшись, она выглянула из палатки и увидела, что отец и ещё два охотника-олча сидят на брёвнах вокруг костерка. Отец попивает буна из своей именной полуведёрной кружки. Охотники курят короткие трубки, набитые чем- то ядрёным, до них далеко, метров пять, а от специфического запаха курительной смеси в носу аж свербит.
-Ч-ч-чхи! - прозвучало приветствие Нтанды, - и доброе утро, - сказала она, солнечно улыбнувшись окружающим, после чего поинтересовалась - а где тут буна наливают?
- Доброе, - улыбнулся отец, - буна вон, за тем бревном стоит, только-только сварился, так что не зевай. Она не заставила себя просить дважды, достала свою, тоже не маленькую, кружку и наполнила ее ароматным напитком.
-А присоединиться к разговору можно?- она вопросительно посмотрела на отца.
-Да, кстати, познакомься, это Вуквукай, а это Кмоль -- когда Афолабе называл имена охотников, те поочерёдно поворачивались к Нтанде. После чего он обратился уже к охотникам, - а это моя дочь, Нтанда,- На этом процедура знакомства благополучно завершилась.
- Итак, - он снова повернулся к дочери, - давай я расскажу тебе то немногое, о чём мы тут успели поговорить, пока ты сны смотрела.
Нтанда не стала ничего говорить, просто сконструировала вопросительно-заинтересованную мордаху.
- Эти достойные люди выразили свое принципиальное согласие сопровождать нас до того самого острова. Но дальше его берега идти отказываются. Они считают, как бы это сказать по корректнее то, - он задумчиво наморщил лоб, но быстро отыскал нужную формулировку, - возникающие риски излишними, вот.
- Ну, это не страшно, там, по моим прикидкам не более 15-ти километров до цели остается, - прокомментировала это Нтанда, лыжи нам в помощь.
- И второе. Они в один голос утверждают, что добраться до северной оконечности острова Холодных слез на снегоходах мы не сможем. Местность проходима только для нарт с собачьими упряжками. Слишком много камней, пересечённая местность, ну и вообще, так себе дорога.
- А нарты с собаками мы где возьмём?- тут же последовал вопрос дочери.
