Здесь мы подходим вплотную к сенсационно-авантюристическому удару «бермонтовцев» на Ригу от 9 октября 1919 года, к событию, оказавшему по своим военным и общеполитическим последствиям самое роковое влияние на развитие юденической операции против Петрограда и предопределившему, наряду с другими причинами, крах Северо-Западной армии.
Для «бермонтовцев», находившихся, как мы уже раньше отметили, в тесной и постоянной связи с «ливенской дивизией», не составляло, конечно, тайны, что Северо-Западная армия начнет операцию против Петрограда не позднее 15 октября. Приготовления к открытию наступления шли самым ускоренным темпом. Было ясно, что если октябрь будет упущен, то поход против Петрограда придется отложить до весны, ибо армия не приспособлена к зимней кампании. До весны же она развалится – тем более что эстонцы тем временем заключат мир с Москвой.
Это было понятно всем и каждому, начиная с Юденича и членов Северо-Западного правительства и кончая последним солдатом. И вот 9 октября, когда наступление против Петрограда фактически уже началось под видом диверсии одного корпуса на Псков, рассчитанной на отвлечение большевистских сил от Петрограда, в этот день в Ревеле с шумом разрывается «бомба». Оказывается, что накануне знаменитый Вермонт из Митавы, где находилась главная его квартира, вместе с штабом фон дер Гольца послал латвийскому правительству в Риге ультиматум следующего содержания:
«Находя, что наступило время двинуться на большевистский фронт, прошу создать такие условия, которые дали бы мне возможность беспрепятственно двинуть мои войска для борьбы с русскими красными бандами, находящимися на территории Латвии и угрожающими соседним культурным народам разрушением.
О тех мерах, которые будут приняты латвийским правительством, во главе которого вы стоите, для обеспечения мне свободы передвижения прошу меня уведомить безотлагательно.
Выяснилось далее, что, не выждав ответа латвийского правительства, Вермонт уже двинул свои войска вместе с частями германской «железной дивизии» из Митавы по направленно к Риге. Головные его отряды уже подошли к городу, появились аэропланы, сбрасывающие бомбы на беззащитные пригороды, пехота цепями наступает по всему фронту реки Аа, пуская в ход газовые бомбы…
Вслед за этими известиями поступили новые, еще более удручающие для эстонских общественных настроений: латвийское правительство покинуло Ригу и переехало в Венден ввиду того, что занятие столицы «бермонтовцами» и немцами может последовать каждую минуту; латвийцы просят военной помощи у эстонского правительства.
Вмиг в Ревеле в эстонских народных массах, в Учредительном собрании и в правительственных кругах относительно благожелательное отношение к русским, к задачам Северо-Западной армии круто изменилось к худшему. Стало преобладать подозрение, что движение бермонтовского корпуса с помощью немцев на Ригу производится если не по определенному плану, разработанному между Юденичем и Вермонтом, то, во всяком случае, с молчаливого согласия главнокомандующего Северо-Западным фронтом и к вящему удовольствию русской реакционной клики. Вермонт, взяв Ригу, двинется, несомненно, на Ревель, а не, как он уверяет, на восток от Двины. Тогда и независимость Эстонии кончена, ибо кто в этой обстановке воспрепятствует реакционно-империалистическим элементам из армии Юденича с востока протянуть руку Вермонту и воссоединиться с ними якобы для совместного похода на Петроград, а в действительности для овладения Балтикой?..
В соответствии с этим ходом мысли эстонское правительство немедленно приняло меры к тому, чтобы часть своих войск, расположенных на большевистском фронте для «эвентуальной» помощи Юденичу, перебросить на юг, к Риге, в целях оказания поддержки войскам Латвии. Так, в рижский район, т. е. на новый театр военных действий, были двинуты эстонские бронепоезда, артиллерия и отборные пехотные части. Эта переброска войск потребовала крайнего напряжения железнодорожного транспорта, а так как эстонский подвижной состав сам по себе был весьма ограничен (впоследствии только он заметно вырос благодаря наследству, доставшемуся Эстонии от Северо-Западной армии), то большое число паровозов, вагонов и платформ, предоставленных раньше в пользование русскому военному ведомству для обслуживания фронта, немедленно были затребованы эстонцами назад.
Отсюда – новая серьезная заминка в деле снабжения Северо-Западной армии боевыми припасами и продовольствием в наиболее ответственный момент.
