– Я чувствительный человек, – говорит на сессии женщина, руководитель большой организации. – Я очень хорошо чувствую людей, но когда я стала руководителем большого предприятия, то поняла, что моя эмпатия мешает эффективному управлению. И тогда я решила показать «на людях» невозмутимого босса. Я не показывала свои эмоции, стала очень жесткой, не допуская ни малейшего сочувствия. Сначала это проявлялось только на работе, а потом я не заметила, как маска переселилась в мою личную жизнь. Я постепенно запретила себе проявлять эмоции и дома, даже с детьми и мужем. Это произошло автоматически. Плохо ли мне, грустно или радостно – все одного цвета, разницы в моем состоянии нет. И в итоге, несмотря на успех, я потеряла вкус жизни. В какой-то момент поймала себя на том, что я уже перестала искренне радоваться, хоть и понимаю, что поводы для радости в моей жизни есть.
– Мои глаза открылись благодаря подруге детства, с которой мы не виделись четверть века, с тех пор, как я покинула наш маленький городок, – продолжала она со слезами в глазах.
– Я ведь давно уже не плакала, а сейчас не могу остановиться, – улыбалась она, вытирая слезы. – С подругой мы встретились в кафе, поговорили несколько минут, и она спросила: «Что с тобой? Ты словно стала другая, сухая, что ли, напряженная, как струна. Прости, но такое ощущение, что передо мной – другой человек, а не моя подруга».
– Да, я стала большим начальником, время идет, конечно, я поменялась…
– Все мы меняемся, но ты совсем другая, понимаешь? Ты была очень чувствительная, понимающая, отзывчивая, а сейчас все наоборот, – огорченно утверждала она.
– Я руковожу большим предприятием, и жесткость мне просто необходима, у меня мужской коллектив.
– И ты хочешь сказать, что это нормально? Это та цена, которую ты заплатила за должность? Ты предала себя, неужели другого варианта не было?
Ее глаза сверкали как молнии. Мне показалось, что моя подруга уже на грани срыва. И я поняла, что подруга, с которой мы были счастливы в детстве, которая когда-то понимала меня с полуслова, скоро уйдет и больше не вернется.
Так и случилось. Мы сухо попрощались, и я пошла на работу.
В офисе меня встретила помощница и сообщила, что меня ждут в переговорной. И вдруг я заметила, что она очень грустна и наверняка недавно плакала, хотя и пытается скрыть это.
– Что-то случилось?
– Нет, все нормально, – пробормотала она.
– Но я же вижу, – настаивала я. – Вы плакали. Чем я могу помочь?
– Странно, я уже неделю в таком состоянии, но вы не обращали на это внимания, не замечали, – в ее голосе послышалась горечь. – Мама уже неделю в больнице в тяжелом состоянии.
Меня бросило в жар. Как я могла не заметить? Неужели на самом деле я так изменилась?
Домой я пришла в смешанных чувствах. Дочка делала уроки, я встала рядом и задумалась: она подросток, а я ничего не знаю про нее. Может быть, ей тоже необходима моя помощь…
– Мама, почему ты так смотришь на меня? Что-то случилось? Ты сегодня другая, – сказала дочь.
– Какая?
– Теплая, что ли? Никогда я не видела тебя такой.
И тут я, наконец, поняла: страх.
Страх не соответствовать ожиданиям окружающих когда-то заставил меня отказаться от самой себя.
Но каким же счастьем было снова вернуться к себе, почувствовать боль и радость одновременно. Я начинала оттаивать, словно Снегурочка после долгой зимы, словно потерявшийся путник, увидевший огонек в чаще леса.
Я стояла возле стола, теплый свет лампы освещал лицо дочки, за окном шумели машины… Давно забытое чувство уюта и покоя наполнило мое сердце. Сколько же дней упустила я в погоне за призраками успеха? Я понимала только одно. Теперь моя жизнь должна измениться.
У этой истории счастливый финал, но, к сожалению, далеко не всегда современные сказки о Снежных Королевах закачиваются радостно. И вы, наверное, знаете десятки тому примеров. Когда человек чувствует внутри опустошение, но, скрипя зубами, терпя внутреннюю боль, идет до конца, шаг за шагом отказываясь от себя, становясь «живым трупом». Это те люди, которые ради высоких должностей, ради удовлетворения своих амбиций отказались от самих себя и живут, не чувствуя ни боли, ни радости, ни печали, ни счастья.
Вопрос. А зачем нужны должность, успех, деньги, если они не приносят человеку чувство счастья?
Маски, может быть, и могут помочь достигать целей, могут быть удобными на маленький промежуток времени, но злоупотребление ими всегда заканчивается отказом от самого себя. Человек живет оторванным от своей сути. Его действия и слова не берут начало из его сущности, ценностей, истинных мотивов. Он словно робот, выдает то, что необходимо для достижения цели, но его поведение не связано с внутренней наполненностью.
