Соглашаясь прочесть во время отпуска курс лекций в далеком приморском городке, я никак не ожидала, что мой так называемый отдых превратится в охоту на ведьм, где ведьмой назначат меня. А все потому, что не надо было спасать сбежавшего от оборотней волчонка. То есть надо, но…Ай! Да гори оно все синим пламенем! Я не дам в обиду ребенка!
– Проходи. – Я чуть подтолкнула найденыша в сторону крохотной кухоньки в снятой на неделю квартире. – Сейчас салфетки и антисептик принесу, ссадины обработаем.
Ребенок не ответил, да я и не ждала – за все время знакомства он не проронил ни слова. Грязные спутанные волосы падали на его чумазое лицо, пряча глаза, а в изорванном вороте некогда белой рубахи виднелся пропитанный кровью шнурок. На таких обычно обереги носят. Эх, не спас мальчонку сегодня талисман… Или все-таки спас?
Кто-то отбивает бродячих щенков у стаи вооруженных камнями мальчишек, я же, как обычно, отличилась: отбила ребенка. Наверное, из сиротского приюта сбежал или от алкоголиков-родителей. От одной беды ушел, чтобы вляпаться в другую. Дети злые, особенно когда нападают толпой. А еще глупые, потому что не понимают, к чему приводят их жестокие забавы. Парнишку могли покалечить или даже убить. И ведь серьезного наказания никто бы в итоге не понес, потому что самому старшему в шайке было дай бог лет двенадцать.
Свора маленьких чудовищ! Хотя нет… чудовище там одно – то, которое всех подначивало, требуя «добить утырка», а остальные – просто стадо. Тупое, подлое, агрессивное стадо… восхитительно трусливое! Стоило свистнуть погромче и пригрозить поубедительней, как вся эта воинственная компашка бросилась врассыпную.
– Держи! – Взяв со стола, я протянула найденышу… батон. Обычный покупной с отломанной горбушкой, которую схомячила ночью, запив молоком.
Да, мне известно, что есть после шести вредно для фигуры, но кто ж виноват, что я обычно к шести только есть и начинаю. Сова – это, знаете ли, диагноз, особенно когда отпуск. Точнее, не отпуск, а пара недель отдыха, из которых одну я должна провести в Ауларе, читая лекции местным студентам. Это было личной просьбой моего начальника, решившего, что мне по силам совместить полезное с приятным: на море побывать, развеяться и… немного поработать.
Ничего не говоря, найденыш схватил булку и впился в нее зубами. Я же в задумчивости покосилась на влажные салфетки, вынутые из аптечки. Черт! Надо было сначала руки ему протереть… и лицо… а лучше его целиком помыть, потому что выглядел мальчик (да и пах тоже) ужасно. Но он так смотрел на этот несчастный батон, что я просто не смогла отказать.
– Не спеши, не отниму, – сказала, когда юный гость закашлялся, подавившись. Глотал большими кусками, практически не пережевывая.
Сколько же он не ел? День, два, неделю? Кошмар какой-то!
Проклятая поездка, дурацкий городишко и люди тут… странные! Хотя булки, должна признать, пекут отменные, это да. И молоко у них весьма неплохое.
– Как тебя зовут? – спросила я, когда найденыш расправился с половиной угощения.
Открыв пошарпанный холодильник, достала бутылку молока и, налив полную кружку, протянула мальчику. Схватив ее, он принялся жадно пить, громко хлюпая. Потом внезапно опомнился и, густо покраснев, перешел на маленькие бесшумные глотки.
О как! А мы, оказывается, не лишены манер. Хм…
– Так, ладно, – пододвинув табуретку, я села. – Начнем сначала, парень. Меня зовут Надежда. Тетя Надя или просто Надя. – Я ткнула себя в грудь, произнося имя, а то вдруг он язык не понимает, потому и дикий такой. – Я Надя, а ты? – указала на него, не касаясь. Не потому, что брезговала, просто боялась напугать неосторожным толчком.
– Миккель, – немного помолчав, представился он. Мальчик все так же смотрел в пол… а, может, и на батон, который снова схватил со стола. Голос у него был тихий и такой… мальчишеский, что ли: никаких свойственных девочкам высоких ноток, хотя на вид ему лет девять – десять всего. Рановато для возрастных физиологических изменений. – Или просто Мика, – добавил он, следуя моему примеру.
– Рада познакомиться, Мика! – широко и, надеюсь, располагающе улыбнулась я, протягивая гостю раскрытую ладонь… на которую он озадаченно уставился. Черррт! Да что ж за край земли-то такой?! Тут совсем никто за руку не здоровается? – Ладонь у вас пожимать при встрече не принято, верно понимаю? – решила все же уточнить я.
– Принято, – ответил Миккель… почему-то шепотом. Он крепче стиснул остатки булки, едва их не раздавив. – Во время ритуала, – добавил еще тише и… поднял-таки на меня глаза, сверкнувшие, точно кусочки янтаря, из-под густой нечесаной челки.
Вот я попала!
Все-таки щенка отбила, угу… вернее, волчонка. И как теперь поступить, ума не приложу. Одно дело беспризорника привести в дом, чтобы отмыть и накормить. Другое – оборотня, пусть и маленького. Особенно маленького! Если родители его здесь найдут, разбираться не станут, кто я и чего хотела. Глотку перегрызут, а потом цветочки на могилку положат в качестве извинений.
Черт! Черт! Черт!
Что ж за полоса невезения такая? Чуяла ведь, едва увидела на въезде в город билборд с надписью «Аулар – город, где сбываются мечты», что это явно не про меня. Интуиция, как обычно, не подвела.