Но затем я еще раз посмотрел Терезе Даниэль в глаза. Один зрачок был огромный. Другой сжался в крохотную точку. Она сидела совершенно неподвижно. Не произнося ни звука. Обмякшая и завороженная. Я понял, что ее накачали наркотиками. Наверное, чем-то мудреным. Как называется излюбленное средство начинающих насильников? «Рогипнол»? «Рофинол»? Я точно не помнил. В этой области я был несилен. Наверняка это знал Элиот. И знают Даффи с Виллануэвой. Этот препарат делает людей пассивными, безвольными и послушными. Под его воздействием они беспрекословно ложатся на кровать и выполняют все что им скажут.
— Тереза! — шепотом окликнул я.
Она ничего не ответила.
— С вами все в порядке? — продолжал я.
Она кивнула.
— Все замечательно.
— Вы сможете идти?
— Да.
— Идемте со мной.
Тереза встала. На ногах она держалась нетвердо. Я предположил, это объяснялось тем, что у нее ослабли мышцы. Она провела в заточении девять недель.
— Сюда, — указал я.
Тереза не двинулась с места. Я протянул руку. Она ее взяла. Ее кожа была сухой и теплой.
— Пойдем, — сказал я. — Не смотрите на того, кто лежит на полу.
Мы вышли из камеры, и я на минуту отпустил Терезу. Втащил в камеру бесчувственного Троя, закрыл дверь и запер ее на замок. Снова взял Терезу за руку и повел ее к лестнице. Она была совершенно покорна. Смотрела прямо перед собой и шла следом за мной. Завернув за угол, мы прошли мимо стиральной машины. Мимо тренажерного зала. Тереза держала меня за руку, словно мы были влюбленной парочкой. На ней было шелковое платье с кружевами. Я чувствовал себя так, словно направляюсь на выпускной бал. Держась за руки, мы подошли к лестнице. Поднялись наверх.
— Подождите здесь, — сказал я. — Никуда без меня не ходите, хорошо?
— Хорошо, — прошептала Тереза.
— И не произносите ни звука, хорошо?
— Не буду.
Оставив ее на верхней ступеньке, опирающуюся на перила, освещенную голой лампочкой под потолком, я закрыл перед ней дверь. Осторожно осмотрел коридор и направился на кухню. Там по-прежнему возились ребята из службы доставки.
— Это вы Кист и Мейден? — спросил я.
Тот, что стоял ближе ко мне, кивнул.
— Пол Кист, — представился он.
— Крис Мейден, — сказал второй.
— Пол, мне нужно переставить ваш фургон, — сказал я.
— Почему?
— Потому что он стоит на дороге.
Пол Кист удивленно посмотрел на меня.
— Вы же сами сказали поставить его там.
— Поставить, но не оставлять.
Пожав плечами, он подошел к столу и взял ключи.
— Как скажете.
Взяв ключи, я вышел на улицу и заглянул в кузов фургона. Вдоль стен с обеих сторон были металлические полки, для подносов с продуктами. Между ними оставался узкий проход. Окон не было. То что нужно. Оставив задние двери открытыми, я сел за руль и завел двигатель. Сдал назад до круга перед крыльцом, развернулся и подъехал задом к дверям кухни. Теперь фургон смотрел в нужную сторону. Я заглушил двигатель, оставив ключи в замке зажигания. Вернулся на кухню. Металлодетектор пискнул.
— Что будет на ужин? — спросил я.
— Люля-кебаб из баранины, — сказал Мейден. — С рисом, кускусом и пюре из нута. На закуску голубцы из виноградных листьев. На десерт пахлава. С кофе.
— Это блюда ливийской кухни?
— Арабской. На Востоке это едят везде.
— В свое время я покупал все это за один доллар. А вы берете пятьдесят пять.
— Где? Здесь, в Портленде?
— В Бейруте, — сказал я.
Выйдя в коридор, я осмотрелся по сторонам. Все тихо. Открыл дверь, ведущую в подвал. Тереза Даниэль ждала меня, не двинувшись с места, словно автомат. Я протянул руку.
— Пошли.
Она вышла ко мне. Я закрыл за ней дверь. Провел ее на кухню. Кист и Мейден удивленно уставились на нас. Не обращая на них внимания, я вывел Терезу через черный вход. Подвел к фургону. Она дрожала от холода. Я помог ей забраться в кузов.
— Теперь ждите меня здесь, — сказал я. — Сидите тихо. Хорошо?
Она молча кивнула.
— Я закрою дверь, — продолжал я.
Тереза снова кивнула.
— Скоро я вас отсюда выпущу.
— Спасибо, — наконец нарушила молчание она.
Закрыв двери фургона, я вернулся на кухню. Остановился и прислушался. Из обеденного зала доносился гул голосов. Все по-прежнему звучало совершенно нормально.
— Когда они начнут? — спросил я.
— Через двадцать минут, — ответил Мейден. — Когда закончат аперитивы. Между прочим, в пятьдесят пять долларов входит шампанское.
— Ладно, не обижайтесь.
Я взглянул на часы. Прошло сорок пять минут. Осталось пятнадцать.
Впереди самое главное.
Я вернулся на улицу, на холод. Сел в кабину фургона и завел двигатель. Медленно поехал вперед, обогнул угол особняка, развернулся на кругу, медленно проехал по дорожке. Прочь от дома. К воротам. Выехав на дорогу, я нажал на газ. На большой скорости прошел все повороты. Резко затормозил рядом с «торесом» Виллануэвы. Выскочил из кабины. Виллануэва и Даффи бросились ко мне навстречу.
— Тереза в кузове, — сказал я. — С ней все в порядке, но только она по уши накачана наркотиками.
