Убедительный довод полностью

Даффи появилась через шесть минут. Задержавшись в дверях, она огляделась вокруг и, улыбнувшись, направилась ко мне. На ней были свежие джинсы и другая хлопчатобумажная рубашка, на этот раз не белая, а синяя. Поверх рубашки была надета кожаная куртка, а сверху наброшен старый дождевик, который был Даффи слишком велик. Наверное, она одолжила его у пожилого агента. Только не у Элиота. Это было очевидно. Элиот был более щуплым, чем она. Судя по всему, Даффи приехала на север, не подготовившись к непогоде.

— Здесь безопасно? — спросила она.

Я ничего не ответил.

— В чем дело? — сказала она.

— Платишь ты, — сказал я. — Ты приехала второй. Я закажу еще один черный кофе. И ты должна мне за первую чашку.

Недоуменно посмотрев на меня, Даффи сходила к прилавку и вернулась с чашкой черного кофе для меня и капуччино для себя. Ее волосы были чуть влажные. Приглаженные рукой. Наверное, Даффи выскочила из машины и пробежала под дождем, а затем взглянула на свое отражение в витрине. Молча сосчитав сдачу, она протянула мне несколько купюр и монет — стоимость первой чашки. Здесь, в Мэне, кофе был тоже значительно дороже бензина. Впрочем, я решил, что так дела обстоят везде.

— В чем дело? — повторила Даффи.

Я молчал.

— Ричер, что случилось?

— Восемь недель назад вы внедрили к Беку еще одного агента, — сказал я. — Почему ты не сказала мне об этом?

— Что?

— Что слышала.

— Какого агента?

— Она умерла сегодня утром. Перед этим ей пришлось перенести двойную операцию ампутации молочных желез, без наркоза.

Даффи не отрывала от меня взгляда.

— Тереза?

Я покачал головой.

— Не Тереза. Другая.

— Какая еще другая?

— Не пудри мне мозги.

— Какая еще другая?

Я пристально посмотрел на нее. Мой взгляд был жестким. Затем он смягчился. Наверное, все дело было в освещении зала кафе. В том, как свет отражался от светлого дерева, полированного металла и стекла. Это превращало его в своеобразные рентгеновские лучи. В сыворотку правды. В нем я увидел краску неподдельного стыда на лице Элизабет Бек. Я ожидал, что теперь я увижу то же самое на лице Даффи. Я ожидал увидеть густую краску стыда и смущения, вызванную тем, что я раскрыл обман. Но вместо этого я увидел искреннее изумление. Оно было красноречиво написано у нее на лице. Даффи побледнела. Побелела как полотно от шока. Казалось, кровь схлынула у нее с лица. А вызывать это по собственному желанию не дано никому. Как и краску стыда.

— Кого ты имеешь в виду? — спросила Даффи. — Там была только одна Тереза. Ты хочешь сказать, она погибла?

— Не Тереза, — повторил я. — Другая женщина. Другой агент. Ее наняли в качестве горничной.

— Нет, — решительно заявила Даффи. — Там была только Тереза.

Я снова покачал головой.

— Я видел труп. Это была не Тереза.

— Горничная?

— У нее в туфле было устройство электронной почты, — продолжал я. — В точности такое же, как у меня. Тайник в каблуке вырезал один и тот же человек. Я узнал его работу.

— Это невозможно, — пробормотала Даффи. Я пристально посмотрел ей в глаза.

— Я бы сказала тебе, — продолжала она. — Обязательно сказала. И ты не был бы нужен, если бы у меня был там еще один агент. Разве ты не понимаешь?

Я отвел взгляд. Снова посмотрел на Даффи. Теперь настал мой черед смутиться.

— Черт побери, кто же это был? — спросил я.

Даффи ничего не ответила. Начала крутить свою чашку по блюдцу, толкая ее в ручку указательным пальцем, поворачивая за один раз на десять градусов. Густая пена и шоколадная крошка оставались неподвижными. Даффи лихорадочно думала.

— Восемь недель назад? — наконец спросила она.

Я кивнул.

— Что их спугнуло?

— Они залезли в ваш компьютер, — сказал я. — Сегодня утром или вчера вечером.

Даффи оторвала взгляд от чашки.

— Вот почему ты задавал эти вопросы?

Я молча кивнул.

— Терезы нет в компьютере, — сказала Даффи. — Ее нет нигде.

— Ты проверила Элиота?

Не просто проверила. Я прочесала весь жесткий диск его компьютера. И все его файлы на главном сервере в Вашингтоне. У меня есть доступ ко всему. Я искала слова «Тереза», «Даниэль», «Джастис», «Бек», «Мэн». Ни одного из этих слов в архивах Элиота нет.

Я молчал.

— Как это произошло? — спросила Даффи.

— Точно не знаю. Полагаю, сначала компьютер сказал, что у вас здесь кто-то есть, а затем они выяснили, что речь идет о женщине. Ни имени, ни подробностей. Тогда стали искать женщину. И, я боюсь, горничную раскрыли отчасти по моей вине.

— Каким образом?

— У меня был тайник. Там лежали твой «глок», патроны, кое-что еще. Горничная его обнаружила. И перепрятала все в свою машину.

Мгновение Даффи молчала.

— Хорошо, — сказала она. — И ты полагаешь, ее машину обыскали, и это ее выдало, так?

— Наверное.

— Но, возможно, сначала обыскали ее саму и обнаружили туфлю.

Я отвел взгляд.

— Искренне надеюсь на это.

Даффи состроила гримасу.

— Не кори себя напрасно. Ты ни в чем не виноват. Как только эти мерзавцы проникли в компьютер, раскрытие горничной было лишь вопросом времени. Я хочу сказать, выбирать им было особенно не из чего. Только эта бедняга и Тереза. Промаха быть не могло.