– Скажите-ка мне мои, мечтающие о крутых техниках S-ранга, ученики... – наигранно сурово смотрю на них, – если я прямо сейчас предложу вам для победы над Десятихвостым крутую технику, которая делает большой Ба-бах, или же кучу мелких полезных техник для комфортного бегства от него… Что вы выберете?
И сурово насупливаю брови, показывая, что это не праздный вопрос. А один из маленьких экзаменов, которые сенсеи устраивают своим ученикам. Внепланово, но регулярно. О, детишек проняло! Отошли, шушукаются.
– Сенсей, мы поняли! – радостно подпрыгивает на месте Шин. – Сперва надо брать кучу полезных техник, а потом и крутую технику, которая делает большой Бабах.
А потом его лицо теряет радостное выражение, и он вздыхает.
– Но крутую технику, что делает Бабах, вы нам не дадите, потому что не хотите быть мастером ниндзюцу.
А сколько печали в глазах… Дети-дети…
– Кто сказал, что у меня нет в запасе крутых техник для большого Бабах? – лукаво улыбаюсь я, – Я такого не говорил!
– Но…
– Я мастер прото-фуин!
Почему-то не вижу на лицах детей особой радости.
– Это как фуин? Только со своими особенностями? Но в фуин же нет крутых техник. Взрыв-печати да запечатывающие свитки. И всё…
– А скажите-ка мне, мои непонятливые ученики, как звали легендарного героя, знавшего кучу полезных низкоранговых техник, и одно крутое, но без красивых Бабах-эффектов, S-ранговое дзюцу?
И снова изображаю на поверхности лица выражение «сенсей экзаменует глупых учеников».
О! Снова отошли… Шушукаются… Выталкивают Шина.
– Сенсей! Мы поняли! Это Рикудо-сенин! А его S-ранговое дзюцу – это техника, которой он запечатал в своей душе Десятихвостого!
– Мо-лод-цы! – улыбаюсь я, – А теперь похватали вёдра с рыбой и бегом за мной!
Несколько минут спустя
– Сенсей? Вы дадите нам какую-нибудь крутую технику, чтобы справится с этим? …чудовищем, – спросил Шин, стискивая до побеления костяшек руки, свой кунай.
– Какое же это чудовище, Шин-кун? – иронично спрашиваю я, – Это… медведь! – наставительно подымаю я вверх палец.
А затем продолжаю свой рассказ.
– Да ни одно чудовище не в силах сравнится с угрозой от медведей этого леса! – продолжаю нагнетать жути. – Хотя…
На лицах детей надежда пополам с обречённостью.
– Раненый медведь становится вдвойне опаснее! А медведица в период кормления детёнышей, становится опасней десятикратно! И перед нами оба случая!
Вот только бледнеть не надо.
– Так что пошли к ней, – небрежно заканчиваю я свою речь.
Молодцы! Идут за мной… Настоящие герои…
Складываю печать Сердца и начинаю посылать Лучи добра. В реальном мире они не производят такого разрушительного эффекта, как тогда… во внутреннем мире Садако. И вообще, видны только мне одному. Правда, и я сейчас не в режиме Семи мудрых вещей… И не в режиме Силы Юности… И тем более не пытаюсь комбинировать эти два режима… Видать ещё не дорос до этого. Не даром мне Система после открытия Лучей Добра порадовала сообщением.
Системное сообщение. Теперь вы кандидат в Адепты [Скрыто].
И потихоньку идём вперёд. Вот я уже в десятке шагов… в пяти… в двух… в одном… Вот надо мной нависает громада медведя. Три метра в холке. Как минимум. А скорее больше…
Протягиваю вперёд руку. Моя сила мастера прото-фуин сама режет мою плоть, делая на ладони иероглиф «Исцеление». Это моя первая внятно заработавшая полезная прото-фуин. Работает просто и незамысловато. Прикладываешь его к ране, и рана заживает. Погружаешь руку в бочку с водой и получаешь бочку целебной, зелёной жижи. А там хоть ешь её, хоть коли в сердце, хоть поливай растения, хоть принимай в ней ванные. И, в отличие от обычной мед-чакры, создаваемой ирьёнинами местного госпиталя, моя зелёная фигня почти не рассеивается.
Приложить светящуюся зелёным светом руку к больной лапе медведицы. Подержать так пару секунд. Готово. Была рана, и нет раны.
Снова складываю печать Сердца и формулирую мысленную просьбу. Секунда-другая… И я чувствую согласие.
– Ученики, где вы там? О! Уже тут… Слушайте задачу, поставленную вашим сенсеем… Один из вас – кормит медведицу рыбой, а остальные добывают медвежье молоко. И не надо делать такие лица, – усмехаюсь буквально чуть-чуть, чтобы не получилось обидно, – Я уже обо всём договорился и вас не тронут.
– !!! – некоторое время на меня смотрят.
Молча и шокировано. А затем ломано-дёргающимися движениями поворачивают голову в сторону громадной медведицы. А затем снова на меня. И обратно…
Делаю вид, что не замечаю этой пантомимы. Усаживаюсь на пенёк. Сам же не перестаю посылать медведице волны успокоения, и… Уже не нужно. Она уснула. Перестарался с успокоением…
Полчаса спустя
– Справились? Молодцы! – оглядываю несколько вёдер с молоком.
– Сенсей? – не слишком уверенным тоном спрашивают меня мои ученики, – Вы ещё и ирьёнин? И вдобавок менталист?
