Съёмочная группа молодых мошенников и авантюристов выезжает на побережье, к полуразрушенному особняку, служившему когда-то приютом контрабандистам , чтобы снять репортаж о здании, подлежащим сносу из-за ветхости. А может и поживиться. Для некоторых из них репортаж становится последним: они приходят в неистовство и совершают самоубийство. Оставшиеся в живых, не имея возможности вызвать помощь и выбраться из заброшенного строения пытаются понять, какие мрачные тайны таит в себе убежище пирата, и есть ли шанс выжить?"
Знаете ли вы, как легко в действительности совершить убийство? Как хрупко и беспомощно человеческое тело? А его душа? Сколько в ней таится возможностей и чёрных замыслов, способствующих моей цели?
Убивать не сложно. А порой весьма забавно. Для скучающего, скованного обстоятельствами, томящегося по живым эмоциям и человеческим страданиям профессионала убийство – лишь игра. Особенно яркой, шуршащей кровавыми листьями осенью.
Той самой, в которой звуки умирающей природы прячут меж себя другие звуки: страха, накатывающего ужаса, безудержной паники, хватающей за глотку и не отпускающей свои цепкие пальцы. В которой тихие обречённые завывания, толчками вырываясь на свободу, теряются в вое ветра, просто проносящегося мимо.
В которой расширенные, не смеящие моргать глаза видят то, что я хочу показать. И в которой запахи смываются проливными дождями, скрывающими мои следы в грязных лужах.
Или это были не лужи, а затуманенная гладь старых зеркал в заброшенном особнячке? Люблю этот особняк с его гнусавыми полами и вечно ноющими створками окон и дверей. Вальсирующий по залам сквозняк напоминает бриз: лёгкий, вкусный.
Это она, ветхая, дорогая моему сердцу и не единожды спасшая жизнь обитель, по воле мироздания ставшая мне тюрьмой.
Гостей, непременно сующих нос в моё убежище, встречаю весело. И что необыкновенно примечательно: никто не ждёт подвоха. Да и откуда бы его ждать? Разве старенький дом опасен? Разумеется, нет. И даже я не опасен. Или не очень. Или не для всех.
А вот и гости пожаловали, коих не люблю и не привечаю. Но в этот раз весьма кстати. Я жажду веселья. Так развлечёмся же!
-Не поеду! – пухленькая блондинка хлопала нарощенными ресницами, словно крыльями беснующейся бабочки. Серые невыразительные глаза, подчёркнутые ярким макияжем, уставились на Артёма, создателя и идейного вдохновителя проекта «По следам Сидира».
Проект, по мнению самого создателя, был дурацким и совершенно незаконным. Начинался как «прикол» и «чисто поржать». Но неожиданно выстрелил и стал приносить прибыль.
Исследования аристократических усадеб и поиск тайников и артефактов, якобы имевших отношение к временам ушедшим, попытки разгадать тайну этих вещей и их владельцев привели к невероятному интересу.
На волне любви к авантюризму и мошенничеству Сидиров поднялся. Количество подписчиков ежедневно росло, и вот уже появились запросы на определённые места: Сними да расскажи.
Артём радовался до тех пор, пока не понял, что его проект отнимает у него абсолютно всё время. Приходилось напрягаться, чтобы не оказаться найденными полицией, ведь со временем постановочный грабёж превратился в настоящий. Никто из них не желал расставаться с находками.
А ещё кормить аудиторию новыми историями было непросто. Не так уж много усадеб неприкаянных, сколько хотелось бы. Приходилось забираться всё дальше и дальше. Но и плюсы в этом были: крушить и ломать стены в поисках тайников можно было относительно безопасно. Никому на периферии старые усадьбы были не интересны.
Дико хотелось в отпуск и свалить на кого-нибудь свою ответственность. Но коллектив, которым он постепенно обзавёлся, не желал брать на себя чужие заботы. Раскрывал клювики в ожидании донатов и отворачивал мордашки при малейшем напряге. Лодыри и лоботрясы. Поправка: талантливые и креативные лодыри и лоботрясы. Жаль, что зажрались и начали капризничать.
Вот и сейчас, Артём анонсировал свой долгожданный отпуск подписчикам. И тут же прилетел новый запрос: Ветхое здание на заброшенном диком побережье определили под снос. Но особнячок, служивший в давние времена пристанищем контрабандистам, хранил в себе следы истории.
Краеведы бунтовали, писали письма в администрацию и очень надеялись на Артёма, к которому обратились прилюдно, в полном отчаянии. Шутка ли, просить грабителей о помощи? Но аудитория этих дерзких и нахальных авантюристов так велика, что был шанс привлечь общественность.
Репортаж об этом месте мог спасти его от сноса. Правда, краеведам пришлось дать добро на разграбление найденного. Хотя втайне они надеялись, что там ничего стоящего давно не осталось.
Подписчики ликовали, предвкушая веселье. Ведь жилище пиратов и контрабандистов – лакомый и очень вкусный кусок. То, что разграблено там всё до них, никого не интересовало. А снесут его или нет, Артёму тоже было плевать. Как и его коллегам. Но игнорировать такую возможность Сидиров не мог, понимал, что лишится и подписчиков, и репутации.
Надо ехать, Феечка! – ласково улыбаясь, он глядел на Анечку, которая получила своё прозвище за способность буквально порхать, несмотря на полноту, среди его коллег, и всё успевать. Никто не понимал, как ей это удаётся, но прозвище прилипло, и ей нравилось.
Артём, там ни одного населённого пункта рядом. Понимаешь? Ноль цивилизации. Я загуглила – дыра дырой. И потом. Нас могут встретить с мигалками и фонарями. Миллионам известно, что ты согласился. Не поеду!
