Конечно, он не хотел, чтобы я вообще о чем-либо знала. И пытался изолировать меня от всех, даже от моей мамы, которая ему никогда не нравилась, потому что говорила неприятные для него вещи – например, что мужчина не должен разговаривать с женщиной матом, толкать или ещё каким-то образом оскорблять ее. А у нас бывало и такое во время ссор (еще до той, о которой я рассказала вначале) – муж мог дернуть меня за волосы или толкнуть так, что я падала, или отнять телефон… Такие вещи он делал достаточно часто.
«Во время ссор муж мог дернуть меня за волосы или толкнуть так, что я падала, часто отнимал телефон… Но жертва всегда живет своим мучителем и не слышит голоса разума»
Конечно, мама это знала и очень переживала, пыталась как-то донести до меня, что это неправильно. Но зависимость – это болезнь всех людей, склонных к жертвенным отношениям. Жертва всегда живет своим мучителем и не слышит голоса разума.
В психологии существует такое понятие – треугольник Карпмана. Он представляет собой модель деструктивных отношений. Два человека, встроенные в него, попеременно играют роли жертвы, спасателя и преследователя. Они постоянно меняются ролями – в зависимости от ситуации. Я всегда старалась что-то делать для Саши – отвлечь от проблем с бывшей женой, с тренерами, вывести из депрессии, в которую он впадал, думая о том, что играет не там, где хотел бы… Он же меня терроризировал, я постоянно чувствовала себя виноватой и извинялась. И, чтобы загладить свою вину, старалась делать для него ещё больше.
Я постоянно «прогибалась» под своего мужа – под его желания, требования. Но негативная энергия, если ее не выплескивать, имеет свойство копиться и разрушать человека изнутри. Пожалуй, единственным временем в нашей совместной жизни, когда мы поменялись ролями, и он примерил на себя «шкуру» жертвы, стала моя беременность. Но об этом я расскажу чуть позже.
«После наших разговоров, как я уже позже поняла из найденной переписки, он отключал телефон и ехал с друзьями в какие-то клубы, бани…»
Когда я уезжала в Петербург, мы каждый вечер говорили по скайпу. Он общался со мной, с Игорем. А потом, после наших разговоров, как я уже позже поняла из найденной переписки, отключал телефон и ехал с друзьями в какие-то клубы, бани… Если честно, у меня до сих пор все это не укладывается в голове.
«Итогом нашей жизни в Швейцарии для меня стали многочисленные ушибы, трещина в ребре и психологическая травма»
Ну, а итогом нашей жизни в Швейцарии для меня стали многочисленные ушибы, трещина в ребре и психологическая травма. С этого момента началась вторая часть наших отношений. О ней я расскажу в следующей главе.
Казалось бы, после того, что я пережила в Швейцарии, эти отношения должны были закончиться – сразу и бесповоротно. Но… я все еще любила его. Точнее, продолжала находиться в роли жертвы.
Ужасный эпизод в Цюрихе закончился тем, что я вместе с родителями улетела в Россию, а Саша остался и полетел следующим рейсом. Около месяца мы не общались. Я прилагала огромные усилия, чтобы не отвечать ему, хотя он отчаянно искал встреч со мной и с моими родственниками. Ежедневно присылал охапки цветов со словами извинений.
Надо отметить, это был первый раз за всю нашу совместную жизнь, когда Саша в принципе извинялся передо мной. Это вообще противоестественно для абьюзеров, но, видимо, тут сделал свое дело здравый смысл и адвокаты, которые вразумили его, что может произойти, если я подам на развод, и вся эта история уйдет в прессу. Он просто не мог этого допустить.
«Абьюзеры никогда не извиняются. Это противоестественно для них»
В итоге, примерно спустя месяц, он наткнулся на мою маму в ресторане недалеко от дома моих родителей и в буквальном смысле набросился на нее. У него текли слезы, он говорил, что совершил самую большую ошибку в своей жизни, что нет человека, который понимает его лучше, чем я, и он готов на что угодно ради восстановления нашей семьи.
Мама не стала рассказывать мне об этой «случайной» встрече, так как знала, что я сразу же вернусь к нему, ведь он «все осознал»! Она посоветовалась с папой, и, видя, в каком подавленном состоянии я нахожусь, они решили, что папа должен встретиться с Сашей сам.
