- Анечка, а как ты думаешь, что сделал бы Том Сойер, если бы ему нужно было срочно замаскироваться. Так, чтобы никто не мог подумать, что это он.
Малышка сосредоточенно насупила бровки, будто в уме извлекала корень из четырехзначного числа.
- Самый эффективный способ маскировки, с успехом используемый киношниками – это сбить с толку преследователей сменой гендерной принадлежности. Искали мальчика – а вот вам девочка в розовых панталончиках и шляпке с цветочками. Кто заподозрит?
- Анют, понимаешь, какое дело…Нам нужно вернуться в Россию. А для этого пройти паспортный контроль. А поскольку вас с мамой скоро объявят в розыск, то будут искать именно девочку с косичками. Улавливаешь мою мысль? Ты хочешь, чтоб тебя опять от мамы забрали?
Она задумчиво потеребила косы.
- Я так понимаю, пострадаю не только я в случае провала? – это был не вопрос, а скорей рассуждение вслух. – Значит, мои косы или шансы на успех? ! Ну и чего тут думать! Я буду мальчиком!
Озорные чертята заплясали танец с саблями в ее глазах, а я представил, сколько мы с Ладой огребем от этого вундеркинда, который имеет на все свое мнение и обладает критичным мышлением.
- Не просто мальчиком! А арабским мальчиком. И нужно будет выучить несколько фраз, на случай, если к тебе обратится кто –нибудь.
- Да не вопрос. Даже противная жаба миссис Конрад, которая меня часто лишала прогулки в наказание, не могла не признать мою способность к языкам.
Я просто умилился. Стать отцом готового вундеркинда – это так здорово! Анюта, и правду, замечательный и способный ребенок. В этом я убедился сразу же.
Одно то, что без визга, по –взрослому, рассталась с косами, уже значительно упростило нашу задачу. Все три дня, пока мы ждали паспорта, она внимательно выслушивала, как себя вести, и еще мне, как тушканчику тупоголовому, объясняла, как запомнить арабские слова и обороты, которыми Олег пытался набить наши головы.
Правда, был один минус, и я не знал, как его обойти.
Находясь рядом с Ладой, я наконец, мог себе позволить хотеть ее. Но только хотеть. Мы арендовали двухкомнатную квартиру на пятерых, что для этого района было чуть ли не роскошью. Обычно мигранты селились чуть ли не «в сорокером». Конечно, я бы хотел уже на правах будущего мужа спать с ней в одной комнате, но пока что об этом не могло быть и речи.
Анюта, как юный гестаповец, не давала расслабиться ни на минуту. Очевидно, ребенок, получивший негативный опыт от родного отца, мне устраивала настоящий тест-драйв.
Улучив минутку, когда Олег с Максом ушли за продуктами, а Анютка в наушниках добросовестно слушала урок арабского языка, я утащил Ладу на кухню.
Ни разу в жизни у меня внутри так не искрило. Даже не прикасаясь к своей девочке, я чувствовал, будто мы с ней в одном энергетическом поле. Если верить эзотерикам, во время секса у мужчины и женщины образуется одна аура. Я не верил, но теперь понял – не врут. Однако эта аура появляется только вблизи любимой женщины. Это именно то, что называется – одно целое. И кажется, сейчас я понял, что тантрический секс, когда возбуждение начинает нарастать еще на уровне взглядов, это тоже не выдумка. Я смотрел в глаза своей Дюймовочки и с наслаждением ловил малейшие изменения в ней – прерывистое дыхание, увлажнившийся мягкий взгляд, приоткрытые губы. Я растягивал удовольствие, поглаживая их пальцем, перед тем, как ворваться завоевательным поцелуем. От их податливой упругости в голове рождались самые взрывные желания, а в паху уже сладко ныло.
- Дюмовочка моя! Хочу тебя безумно. И если я тебя хотя бы не поцелую, я воспламенюсь, как робот, не справившийся с задачей.
- Почему робот? – смеется моя любимая девочка.
- Потому что я еще не видел примеров, когда люди сгорали от страсти. Даже в кино. А роботы – они нежные. Чуть что не так – и пшик, задымили. Чувствую, у меня скоро кое-что тоже задымит.
- Тогда целуй. Ты мне слишком дорог, чтобы я позволила тебе сгореть.
Жаркая волна захлестнула мое сознание, оставив только волнующее чувство блаженства. Медленно я приблизился к ее губам. Осторожно, будто пробуя, знакомясь. На мгновение отстраняясь, чтобы распробовать их вкус. Как пробуют элитные напитки. Не залпом. А маленькими глоточками, откладывая на подкорку волшебный аромат, консистенцию.
Но в этот раз мне не удалось как следует насладиться. Только я углубил поцелуй, как хрестоматийное «А чо это вы тут делаете?» прошибло, как током.
Блестяшие каштаны глаз маленького полицейского нравов внимательно изучали нас. Лада растерялась, поэтому мне пришлось брать удар на себя. И поскольку именно мне быть главой семьи, свой авторитет нужно сразу же закреплять.
- Анют, взрослые люди всегда целуются, когда любят друг друга.
- Так. А что ты умеешь делать, чтобы мама тебя любила?
Вот она – детская непредсказуемость. Попробуй найди правильный ответ.
- Первое, я умею ее любить. Второе. Я умею защищать своих близких. Третье. Умею готовить еду.
- А петь ты умеешь?
Отступать поздно, похоже я должен быть суперменом во всем. Главное, не признаваться в своих недостатках.
