Слишком поздно пытаться добежать до дороги, но временное убежище может предоставить здание. Рейнс перебрался через низкую стену, и Говру последовал за ним. Рейнс пробежал по саду и, добежав до окна, раскрыл его и забрался внутрь, подтащив за собой индуса.
Повернувшись, чтобы помочь Говру, он удивленно посмотрел на солдат. Офицер свистел в свисток и что-то кричал по своему радио, но солдаты, гнавшиеся за беглецами, остановились у стены. Говру кивнул и улыбнулся.
— Храм, — сказал он.
Конечно. В стране множество национальностей и религий, и правительство должно было предоставить иммунитет тем религиям, сектам и культам, которые об этом просили. Это место более безопасно, чем он думал. Рейнс схватил Говру за руку.
— Вниз, — сказал он.
Говру высвободил руку.
— Вверх, — сказал он. — Мы должны видеть, что они делают.
Логично. Рейнс изменил направление движения.
По пути в тускло освещенной башне Рейнс с кем-то столкнулся. По качеству украшений и одежды, по краске на лице он рассудил, что эта женщина — что-то вроде верховной жрицы. Женщина улыбнулась ему и загадочно поманила, потом пошла по коридору, очевидно, ожидая, что он последует за ней. Странное поведение в священном храме. Рейнс покачал головой и побежал за Говру.
Индус сидел в роскошном помещении на верху башни и смотрел в окно. Храм окружен. На его территорию не вступил ни один солдат, но со всех сторон цепочка вооруженных людей. А пыль на дороге говорила о том, что подходят новые части. Армия хочет их допросить. Рейнс не знал, как военные собираются вытащить их из храма, но ситуация казалась безнадежной.
С усилием он сделал свое сознание скользким и разорвал контакт. Работает мощный менталист. Рейнс сопротивлялся импульсу выйти из храма и сдаться. Осторожно попробовал выпустить мысли. Нет, это не простой путник, сюда идут сильнейшие менталисты.
Он в панике повернулся к Говру, который раскрывал шкафы. Внутри блестели ряды бутылок с дорогими напитками. Мало похоже на келью отшельника, скорее дворец сибарита. Странная религия. Говру откинул голову и с бульканьем отпил из бутылки.
— Хочешь туман? — спросил он. — Тут достаточно сырья.
Тумана недостаточно. В суматохе они могут уйти от солдат, но избежать менталистов невозможно. С другой стороны, вчерашний танк отражал его мысли. Это может сработать.
— Можешь окружить нас непроницаемой поверхностью?
— Не получится, — ответил Говру, вытирая губы. — Это должна быть замкнутая поверхность, и, если она достаточно сильна, чтобы остановить все, она должна и пробивать любой материал, которые встретится у нее на пути. Мы здесь наверху упадем вниз, как только подует ветер.
Об этом аспекте защиты Рейнс не подумал. Он отчаянно боролся за контроль над своим мозгом.
— Тогда окружи весь храм, всю его территорию, не включая солдат.
Говру кивнул.
— Это я могу сделать. В разумных пределах размер не имеет значения, важен принцип. Я сделаю большой сферический щит.
В комнате сразу посерело: это уменьшилось освещение снаружи. Но самое главное: уменьшилось ментальное напряжение. Рейнс выглянул. Трудно было рассмотреть что-нибудь сквозь щит, но он различил туманные очертания. Странствующий менталист пытается пробить защиту.
Щит хорош, но появились новые силы: прибыли другие менталисты и присоединились к первому. Рейнс покачнулся под их натиском.
— Сделай его прочней! — закричал он. — Вложи в него все, что имеешь!
Говру схватил другую бутылку и стал пить. Серость сменилась чернотой, и вторгающиеся мысли всех менталистов исчезли.
Рейнс расслабился. На какое-то время они в безопасности. Голова кружилась, живот напряжен. Для этих последний усилий нет причины. Он не смог ничего придумать.
Рейнс пересчитал бутылки. Не очень точный способ определения времени, но здесь нет электричества, и никакие часы не работают. Он включил фонарик. Сколько бутылок соответствуют одному дню?
Он снова проголодался. Ему удалось в темноте с помощью фонарика кое-что найти, но немного. Во время поисков контакт с другими людьми в храме как-то обескураживал. Вдали слышались хихиканья и визг, но источник их он не смог обнаружить. Он не винил обитателей храма за осторожность: темнота и изоляция должны показаться им чем-то сверхъестественным.
Воды тоже становилось мало, из крана текла только тонкая струйка. Щит перерезал все контакты с внешним миром, включая водопровод и канализацию, и пока только цистерна в храме и система давления давали немного воды.
Придется рискнуть и выйти: может, бдительность снаружи ослабла. Рейнс потряс проводника. Говру проснулся и протянул руку. Рейнс сунул в нее полупустую бутылку: приходится экономить. Запасы выпивки приходят к концу, по крайней мере в этой комнате.
— Можешь сделать в щите отверстие, небольшое?
Говру поднял бутылку, потом опустил ее.
— Нет. Нужно слишком много думать. Может, прозрачный участок?
— Подойдет.
Говру добрался до окна, оперся на подоконник и выглянул. Смотрел он дольше, чем ожидал Рейнс.
— Так вот что с ней случилось, — пробормотал он.
Нащупал стул и сел, трясясь от смеха.
