Фёдор поразмышлял, подумал, да и согласился. Это ведь признак мудреца – не спорить, когда собеседник прав и к тому же принципиально не собирается делать то, что тебе самому не хочется.
Глава 5. Выдать тётку замуж – сплошные хлопоты
– Первое января день тютюлений, – провозгласил Мишка, органично соединив сказку про Тюлентяя, которую запомнил из единственной детской книжки, доставшейся ему из папиного детства и мультик про лень, которая выползала из узелка и всех захватывала и разленивала.
– Миш, ему можно! – Людмила покосилась на спящего перед телевизором Владимира, который одной рукой решительно сжимал бутерброд, застенчиво покусываемый Маурой, а вторую изначально держал на телевизионном пульте, добытым из его руки Фёдором и безжалостно сброшенным на пол. – Устал он совсем.
– Да я вижу. Это я так, вредничаю немного. Пойду, пройдусь, ладно?
– Конечно, заодно и Тим разомнётся, а то он у двери вздыхает.
Мишка прихватил и Тима, и пару пирогов, чтобы не скучно гулять было.
– Ну, что Тим, пошли направо или налево?
Тим принюхался. Налево – это Арька. Она ещё явно со двора не выходила. Вообще, известная мерзлячка и трусишка, небось, выскочила, сделала дела у дома и нырнула обратно!
Он прислушался. Голоса бультерьеров звучали глухо – значит в доме:
– Ой, Глашкаааа! Оставь моё ухо! И это тоже! Мне все ухи нужны! – пытался убедить пройдоху Крок. – Дил! Чего ты голову упихал между креслом и диваном?
Голос умного Дила звучал ещё тише:
– Почему-почему… Если она твои уши не отгрызла, то сейчас за мои примется! Прячусь я там! Аааай, Глашка, не трожь хвост! Это святое!
Тут уж любому станет понятно, что бультерьеров пожёвывает их домашний кошмарик и им не до прогулок.
Зато справа звучал густой, как варёная сгущёнка, голос Гиря. Тиму Гирь понравился – сразу видно – солидный, классный пёс и не пытается пользоваться своей силищей и всех подавлять да обижать! Вон, даже трусишку-Арьку не обидел.
И Тим решительно повернул направо.
Нина, хотя и почувствовала облегчение от того, что вредные и стрёмные соседи разъехались, всё-таки решила выгуливать Гиря сама – так спокойнее! С ней увязались близняшки.
– И чего это вы такие добрые? – Нина подозрительно осмотрела деточек.
– А что? Мы не можем с любимой тётушкой погулять запростотак? – безмятежно осведомился Пашка и чувство самосохранения Нины завопило что-то вроде: «Караууул! Спасайся, кто мооожет!»
– Так это кто может… Мне-то деваться некуда! – сообщила себе Нина и прищурилась на племянников.
– Граждане… Мы думаем, что тётка полная дура и ничего не заметила?
– Тёть! Ты поразила меня в самое сердце! О чём ты вообще? – Пашка поискал более эффектное место на куртке и приложил к нему руку.
– Там желудок, болван! – прошипела Поля.
– Правильно! – согласилась с ней Нина, обладающая отличным слухом. – Колитесь, чего затеяли?
– Да ничего такого! Шли гулять с собакой, а тут ты к нам присоединилась! Ну, не гнать же тебя, тем более, что ты хозяйка Гиря.
– Да я не только про прогулку, – Нина загнула один палец, – Посуду сами помыли, – второй палец присоединился к первому, – Вызвались дров принести, – третий палец, – Собрались сами с Гирем гулять…
– Вот, вот что значит испорченная семейная репутация! – горестно вздохнула Полина, шмыгнула носом и припала на грудь Пашке, изображая рыдания и беззвучно прошептав: – Смена сценария! Про впечатление спрашивать нельзя!
Пашка неодобрительно покосился на сестрицу и с завидным самообладанием отодвинул её от себя. – Рыдай в свою куртку, а не в мою! – сам подмигнул, мол, понимаю, не дурак, чай! И добавил:
– Хотя, я тебя понимаю, сестра! В кои то веки, мы с тобой решили, что нас поняли, что нас не будут преследовать подозрениями, а тётя нас так обидела!
Сценарий по уточнению, понравился ли сосед Нине отправился пока на покой и сменился мероприятиями по изображению полнейшей и местами оскорблённой невинности.
Нина призадумалась. Такое поведение сигнализировало о вполне очевидных и довольно тревожных признаках:
– Что-то деточки мои драгоценные задумали! Вопрос в том, что именно?!
Появление из-за сугробов радостного чёрного овчара и его хозяина несколько разрядило обстановку.
После приветствий и взаимных поздравлений, близнецы начали болтать с Мишкой, демонстративно не обращая внимания на Нину. И вот что Нину вдруг насторожило – племяшки вели себя чрезвычайно странно.
