Третье подозрительное письмо было написано на неизвестном языке, неизвестным же алфавитом. В обнаруженном Чарльзом Вардом дневнике Смита его текст был неумело скопирован. Специалисты-языковеды из Брауновского университета утверждали, что письмена либо амхарские, либо абиссинские, но расшифровать сам текст им оказалось не под силу. Ни одно из этих посланий Карвену доставлено не было. Исчезновение из Салема примерно в то же время Иедидии Орна указывает на то, что заговорщики из Провиденса все же предприняли некоторые тайные меры; также о проживании в Филадельфии определенного опасного субъекта был оповещен доктор Шиппен, глава Пенсильванского исторического общества. Но необходимость в более решительных шагах назревала все пуще, и уже группы смелых моряков, связанные обетом знания, заполученного Уиденом, тайно собирались ночами на верфях и складах Брауна. Замысел, призванный не оставить камня на камне от зловещего наследия Джозефа Карвена, обретал более явную форму.
Несмотря на атмосферу секретности в стане заговорщиков, Джозеф Карвен внезапно начал проявлять излишнюю обеспокоенность – будто нутром чуя зреющую вендетту. Его карета денно и нощно раскатывала от города до Потаксета, и сам он мало-помалу утратил то напускное добродушие, с коим в последнее время пытался бороться с городскими предрассудками. И вот Феннеры, самые ближние соседи Карвена, поведали Джону Брану в Провиденсе, что как-то ночью из-под крыши загадочного каменного здания с высокими узкими окнами пробился луч нестерпимо яркого света. Мистер Браун, негласный глава группы, поставившей целью избавиться от Карвена, заверил тех, что меры самого серьезного толка в скором времени будут предприняты. Ввести Феннеров в курс дела было необходимостью – ведь они так или иначе стали бы свидетелями налета. Браун наплел им, что Карвен – осведомитель коллекторов из Ньюпорта, и все шкиперы, купцы и фермеры открыто или тайно проголосовали за то, чтобы от него избавиться. Поверили Феннеры в эту ложь или нет – все же на их глазах произошло и без того немало устрашающего и необъяснимого, – неведомо, однако человека с такой репутацией, как у Джозефа Карвена, можно было с легкостью заподозрить во всех смертных грехах. Мистер Браун возложил на соседей дельца ответственную миссию – наблюдать за фермой в Потаксете и регулярно сообщать о всевозможных происшествиях в ее окрестностях.
