Убийства единорога полностью

Я не видел, как вниз спустился хозяин, тем не менее он шел по красной ковровой дорожке между косыми полосами теней, отбрасываемых колоннами. Шагал медленно, не спуская с нас вежливого изучающего взгляда, не столько пытливого, сколько приветливого. Сцепив руки за спиной, он, казалось, проявлял дружелюбный и живой интерес к тому, что видел. Это был худощавый мужчина лет шестидесяти с лишним, нетвердость походки которого скрашивалась светившимся в глазах юмором и непринужденной осанкой. В глазах под припухшими веками горел яркий темный огонек. Вокруг них, а также на лбу залегли веселые морщинки, как будто у него вошло в привычку приподнимать одну бровь. Его волосы и подстриженная на военный образец бородка были, что называется, цвета соли с перцем, но усы под горбатым костистым носом все еще оставались смоляными. На нем были черная ермолка, сдвинутая на затылок, и турецкий халат поверх вечернего костюма. Он приближался к нам неверной походкой, благожелательный и тщедушный, кивая каждому и жестом воздетой кверху костлявой кисти призывая к тишине. Его английский был вполне сносным, хотя и чересчур правильным.

– Не тревожьтесь, друзья мои, – успокоил он. – Это ни в коем случае не ловушка, и я не Фламан. – Тут он издал короткий смешок. – Вовсе нет! Моя фамилия – д’Андрие. Все известное мне о сложившейся ситуации я почерпнул из письма, которым меня почтил сам мсье Фламан. Э-э… кто из вас сэр Джордж Рамсден?

Он посмотрел на Г. М., который являл собой наиболее впечатляющую фигуру в нашей компании, невзирая на прикрывавший лысину мокрый носовой платок. Г. М. все еще пребывал в хорошем расположении духа. Рамсден, чей воспаленный взгляд блуждал по холлу, почти виновато вздрогнул.

– Уф! – выдохнул он. – Это я. Извините меня, сэр, но, черт возьми, откуда такая осведомленность?

– Это письмо объяснит вам все. Вы не переведете его вслух?

Рамсден, зябко передернув плечами, взял листок почтовой бумаги, протянутый хозяином. При взгляде на листок рыжеватые брови сэра Джорджа поползли вверх под полями шляпы, с которых капала вода.

– Знаете, видал я наглецов, но такой дьявольской наглости… Вы только послушайте!

– Видите ли, это письмо, – довольно поспешно вставил хозяин, – было отправлено вчера вечером из Марселя.

– «Рукоплескать не спешу», – повторил Г. М. – Ага! Продолжайте, Рамсден. Что там еще?

А далее следовало вот что:

Рамсден издал звук, обычно являющийся следствием удара в живот.