В первый том серии «Золотая библиотека детектива» вошли рассказы Э. А. По («Убийства на улице Морг», «Тайна Мари Роже», «Похищенное письмо») и Г. К. Честертона («Сапфировый крест», «Око Аполлона», «Летучие звезды», «Молот Господень», «Честь Израэля Гау», «Невидимка», «Странные шаги», «Таинственный сад», «Грехи принца Сарадина», «Неверный контур»).
Детектив как литературный жанр (от англ.
Конечно, ничто в этом мире не возникает из ничего, и криминальные истории были известны еще с незапамятных времен. Достаточно вспомнить эпизод из Библии, когда Господь спрашивает Каина, где находится убитый им брат, а преступник отвечает с невообразимой наглостью: «Не знаю: разве я сторож брату моему?» И получает заслуженное наказание.
Значительная часть античных трагедий построена на преступлении и неотвратимом возмездии.
Детективными сюжетами изобилуют «Тысяча и одна ночь» и «Декамерон».
Шекспировский Гамлет ведет настойчивое и небезопасное расследование убийства своего отца.
Элементы детектива занимают весьма значительное место в произведениях Джеймса Фенимора Купера, Эжена Сю, Оноре де Бальзака, Александра Дюма, Чарлза Диккенса, Льва Толстого, Антона Чехова, не говоря уже о Федоре Достоевском, авторе «Братьев Карамазовых» и «Преступления и наказания».
Однако в чистом, «лабораторном» виде детектив как художественно-образное отражение процесса расследования преступления возник лишь на рабочем столе Эдгара Аллана По, причем именно тогда, когда общество оказалось готово к его восприятию, а он, детектив, уже был в состоянии удовлетворить запросы социального строя, пришедшего на смену феодализму. Этот строй, основанный на рационализме и личной инициативе, провозгласил верховенство права над произволом власти, так как только при этом условии возможно успешное развитие предпринимательской деятельности.
Детектив смог получить признание только тогда, когда симпатии продуктивной и к тому же достаточно значительной части населения оказались на стороне закона и порядка. Люди, желавшие жить в условиях социальной стабильности и правовой защищенности, начали симпатизировать блюстителю закона, а не его нарушителю. Таким образом Робина Гуда сменил Шерлок Холмс.
И не случайно детектив возник и получил массовое признание именно в англосаксонских странах, где к середине XIX века уже сложилась прочная система охраны общественного порядка, основанная на строгом соблюдении правил социальной игры.
На сцену вышел народный герой новой формации, смелый и неподкупный защитник потерпевших и преследователь их обидчиков, рыцарь особого образца. Он не закован в сверкающие доспехи, не размахивает мечом, не скачет на боевом коне. Он вооружен, однако пользуется громоздким «Смит и Вессоном» первой модели крайне редко, предпочитая гораздо более надежное и безотказное оружие – свой интеллект.
С легкой руки отца-основателя детектива новый рыцарь достаточно оригинален, если не сказать экстравагантен, и это свойство вошло в своеобразную традицию, которой придерживались (и продолжают придерживаться) сочинители детективных историй.
Огюст Дюпен, герой Эдгара По, человек весьма и весьма своеобразный, предпочитающий жить в полутьме за плотно притворенными ставнями и лишь в вечерних сумерках, как летучая мышь, покидать свое убежище, чтобы в «мелькающих огнях и тенях большого города черпать пищу для умственных восторгов…»; он любит шокировать своих знакомых неожиданными вторжениями в их потаенные размышления и выказывает крайне пренебрежительное отношение к методам работы полиции.
Его последователь Шерлок Холмс склонен к употреблению кокаина, курению грубого табака и игре на скрипке, при этом проявляя вопиющее невежество во всех сферах знаний, не имеющих прямого отношения к его деятельности сыщика-любителя.
Герои Эмиля Габорио – папаша Табаре, вышедший на пенсию оценщик ломбарда, и эксцентричный Лекок – никак не претендуют на роли суперменов-интеллектуалов. Им присуща, скорее, интуиция, чем дедукция, а интуиция, как известно, дама капризная…
Знаменитая американская писательница Энн Кэтрин Грин в конце семидесятых годов XIX века создала образ вполне респектабельного сыщика Эбенезера Грайса, действиями которого ненавязчиво руководила старая дева Эмили Баттеруорт, несомненная предтеча знаменитой мисс Марпл, героини Агаты Кристи.
Английский автор Эрнест Брама представил на суд читателей слепого сыщика Макса Каррадоса.
Гилберт Кит Честертон вывел в роли сыщика скромного священника патера Брауна, а Ричард Остин Фримен придумал детектива-естественника доктора Джона Торндайка.
Огромную популярность приобрел порожденный безудержной фантазией Мориса Леблана повелитель воров Арсен Люпен, некий джентльмен-взломщик, ненавидящий убийц и широко применяющий дедуктивный метод при расследовании насильственных преступлений.
