Убийства в Полянске полностью

– Ну вот и отлично, – сказал следователь. – Подпишите и можете идти. Кстати, – добавил он, – если на вашу игру будут жаловаться, то у вас буду неприятности. Умерьте ваш пыл, Юрий Петрович, – отеческим тоном насоветовал ему на прощание Попов. – Ну вот и все, – заключил следователь, когда музыкант ушел. – Теперь мы должны все это обмозговать. Взгляните, Владимир Андреевич, у меня тут список тех, кто мог совершить убийство.

Скворцов взглянул на листок с фамилиями. Там значилось:

Скворцов быстро прочел фамилии.

– А почему Цепкина и Симагин под вопросом? – спросил он.

– Ну, что касается Симагина, то это мой личный знак вопроса. Мне он кажется человеком совсем неподходящим для убийства, хотя, по сути, алиби нет. Если хотите, можете зачеркнуть вопрос.

– Да нет, – ответил Скворцов. – А что насчет Цепкиной, вы и ее считаете не способной на убийство?

– Я считаю, что эта женщина непредсказуема. По-моему, она способна на все. А вы как думаете?

– Ну я бы мог поверить, что она способна ударить кочергой в порыве ссоры. Но запихнуть тело в чужой дом – вряд ли, – с сомнением покачал головою лейтенант Скворцов. – Да и как бы, Кирилл Александрович, она это успела?

– В этом-то и вопрос, – кивнул Попов. – У нее было всего пятнадцать минут, и ей бы пришлось все делать бегом. Чтобы прояснить этот вопрос, Владимир Андреевич, я проведу следственный эксперимент.

– Какой эксперимент?

– Всему свое время, – улыбнулся Попов.

– Хорошо, Кирилл Александрович, но ведь у Сапфировой алиби. Почему вы включили и её?

– А вы подумайте, – ответил следователь. – Когда видела ее Арсеньева? Около трех. А что, если она убила Тишкину, вернулась задами домой и спокойно пошла к Бочкину?

– И Бочкин её не видел?

– Мог и не увидеть. К тому же Арсеньева могла и сочинить, что видела Сапфирову, чтобы обеспечить алиби себе.

– Но ведь Таисия Игнатьева назвала то же самое время, – возразил Скворцов.

– Ну, не знаю, – пожал плечами следователь. – Например, ей мог сказать об этом внук.

– Звучит несерьезно, Кирилл Александрович, – заметил Скворцов.

– Послушайте, Владимир Андреевич, почему вы защищаете Сапфирову?

– Я её не защищаю, – возразил Скворцов. – Просто я подвергаю сомнению вашу версию.

– А у вас есть какая-нибудь версия? – со скользкой улыбкой поинтересовался следователь.

– Пока еще нет, – признался Скворцов, – но и ваши соображения – это не версия.

– Согласен, – ответил следователь. – Пока мы не найдем мотива, мы вряд ли узнаем, кто убил Тишкину.

– Сомневаюсь, что мы установим мотив, – уверенно сказал Скворцов.

– Почему вы так уверены? – удивился Попов.

– Мы слишком мало знаем об этих людях, Кирилл Александрович. Корни этого преступления могут уходить в далекое прошлое.

– Однако убийство произошло именно сейчас, – возразил следователь. – Почему не раньше?

– Ну, я не собираюсь гадать на кофейной гуще, – раздраженно пожал плечами Скворцов.

– А нам, похоже, только это и остается, – с фальшивой бодростью сказал Попов. В ту же секунду в дверь постучали.

– Войдите, – пригласил следователь. На пороге появился Симагин.

– Простите, Кирилл Александрович, что отвлекаю вас, но только что звонили из лужской милиции. Звонивший сказал, что он полковник Дудынин. Он перезвонит через пятнадцать минут и хочет поговорить с вами.

Следователь Попов бросил быстрый взгляд на лейтенанта Скворцова, и оба поднялись. По дороге к Симагину им повстречалась Арсеньева.

– А я к вам, Кирилл Александрович, – оказала она. – Помните, вы просили опросить внука, не видел ли он кого?

– И?

– Он никого не видел.

– Большое спасибо, – поблагодарил Попов. – Кстати, ваш муж может забрать внука, но вас я прощу остаться. Вы, конечно, можете не подчиниться и уехать, но вам придется вернуться, если мне понадобится снова вас допросить. А это может причинить вам лишние неудобства.

– Если нужно, я останусь, – покорно кивнула Арсеньева.

– И еще одно, Ольга Павловна. Не сочтите за труд предупредить всех жителей, чтобы они минут через сорок собрались на остановке. Я скажу, кто может уехать из Полянска, а кого я попрошу задержаться.

– Прямо сейчас и пойду, – с готовностью согласилась Арсеньева.

Не прошло и пяти минут с прихода следователя к Симагину, как зазвонил телефон. Попов снял трубку.

– Попов слушает, – сказал он. – Да, Владислав Анатольевич, я все понимаю. Прямо сейчас? Олег Константинович тоже хочет быть в курсе дела? Да, я все понимаю. Вы уже вызвали машину? Да, мы сейчас приедем. Хорошо, до свидания.

– Ну что? – спросил Скворцов.

– Владислав Анатольевич немедленно вызывает нас в Лугу для доклада. Олег Константинович тоже хочет быть в курсе дела.

– О нет! – воскликнул Попов.

Во взглядах, которыми обменялись следователь и лейтенант, сквозило отчаяние.

Начальник Лужской милиции полковник Дудынин мерил шагами свой кабинет. Это был высокий импозантный мужчина с серебряными висками.