– И вам пришла идея опубликовать статью.
– Документы копировать я бы не смог. К ним пути отрезаны для всех. Я узнал о них абсолютно случайно, но Максим мне поверил. А я не мог это скрывать.
– Какую же информацию вы поставляли?
– Всю, что знал. Счета, списки имен. Всё, что мог. По памяти, пытаясь по возможности проверять.
– Вы боялись за свою жизнь, поэтому скрывали личность?
– Да. Я боялся, что этот журналист пойдет к Старскому. Боялся, что он решит взять интервью. Один слух и меня сразу же раскрыли бы. Ведь кроме меня никто не знал об этом.
– И какие меры вы приняли? Убили его?
– Я сказал, что единственное, откуда он будет получать информацию – это я, а если решит использовать что-то еще или кого-то еще, то на этом все прекратится. Я сменю человека, а он будет обвинён в плагиате. Его репутации конец. Это в лучшем случаем, а в худшем… узнай Старский о сливе информации, убил бы обоих… Марьянников это понял.
– Почему статья?
– Её одной было бы достаточно, чтобы посеять у людей сомнение.
– И разрушить его карьеру… Ответьте еще на один вопрос, почему последний звонок вы совершили с телефона мальчика, а не как обычно со старого? Почему не пришли на место встречи?
– В тот день, я, наконец, понял, что Старский меня подловил. Он нанял кого-то. Они поймали мою телефонную линию, когда я попытался позвонить с обычного номера, который я использовал ранее. Мог проследить до Анатолия и узнать, что он журналист… этого было бы достаточно…
– Как вы это поняли?
– Это долго. Да и честно говоря, я не понял, просто какое-то предчувствие.
– Предчувствие?
– Видите ли, не только Максим меня подозревал. Когда он начал мне не доверять, хоть и пытался это скрыть, чтобы всё шло как обычно, я не дурак, и сразу понял что к чему.
– И вы ради безопасности, позвонили и договорились с другого, того, что точно не отследят. Со случайного номера… Но почему вы не пришли?
– Время было 22:30. я живу не далеко. И выходил заранее, что бы этот журналист меня не видел.
– Он лишь получал посылки с информацией.
– Да. И когда я спускался по лестнице, хорошо, что я люблю пешком. Я заметил лифт поднимающийся… Я не знаю… Сердцем почувствовал, что что-то не так. Спустился чуть-чуть ниже, чтобы видеть, кто это, но чтобы не видели меня…
– И что? Кто это был?
– Это был его человек. Он пришел за мной. Максим послал его.
– Фактического покушения не было, а значит это не доказать.– подумала Вика.
– А потом, я решил не терять время, подождал в засаде, когда они уедут…
– Вы не боялись, что они вернутся?
– Я знал, что они вернуться, но был уверен, что ночью, чтобы наверняка…
– И вы собрали вещи. И дали дёру…
– Верно. Я испугался…
Допрос прервал Саша, он позвал Вику. Они вышли из комнаты.
– Что там с алиби?
– Подтвердилось. Он бы не успел приехать на работу к Анатолию, а потом… Нет, тут без вариантов. Его надо отпускать. Он не виновен.
– Я рада. Он не похож на убийцу.
– Да. Отравление – это полная готовность совершить преступление. А этот парень не такой. – показался из соседнего кабинета Максим.
– Отпускай его, только.… Отправь его под защиту свидетелей. – обратилась Вика к Саше: – Не хочу потерять свидетеля…
Саша удалился.
– А где Дима? – девушка перевела взгляд на Макса: – Почему я не в курсе о его местонахождении. – она начала нервничать, в голове опять появились те самые картинки.
– Он отправился к Старскому.
– Что? Давно?
– Должен уже быть здесь.…
– Но его нет. Поедем, вдруг что-то произошло…
– А нет. Это без надобности. Вот и он…
– А где же Старский? – спросила Диму Вика сходу.
– Он вышвырнул меня.
– Что значит, вышвырнул?
– Буквально… Его подручный адвокат сказал, что у нас только косвенные улики. А показания Евгения Мальского – это не что иное, как ложь и клевета из-за зависти. Он хочет разрушить карьеру. А для того, чтобы получить улики, нужен обыск, а без ордера это не возможно…
– Так получим ордер и прижмем его…
XI
…Прошло несколько часов, после того, как им сказали, что необходимо время, что бы выписать ордер на него. И на это нужно разрешение.
– Мы теряем драгоценное время, а он сейчас уничтожает улики. – металась по кабинету Вика: – И ты… – обратилась она к Диме: – О чём ты думал, пойдя один к главному подозреваемому, ещё и коррупционеру? С ума сошёл?
– Что? Да всё хорошо! Еще немного подождём и вместе пойдем. – облокотившись о спинку стула, сидел Дима и поглядывал то на Вику, на часы.
Разговор прервал телефонный звонок.
– Да. – взяла трубку девушка: – Что значит, вы не можете? Но… Хорошо.
Она положила телефон. Все взглянули и поняли, что чего-то хорошего ждать бесполезно.
– В ордере нам отказано. Они сказали, что Максим Старский – крайне влиятельная персона и для того, что бы совершать в его сторону какие-либо действия, нужны более весомые доказательства и факты, кроме слов обиженного, как они высказались, сотрудника… Что будем делать?
– У нас только его слова. А статьи словно и не было никогда. – с отчаянием в глазах произнёс Саша.
– Да она бы нам и не помогла. Должно быть что-то ещё. – Дима закрыл лицо руками: – Хоть что-то.
– Парни, возможно, тот, кого видела уборщица – это он, наш бизнесмен.
