– Какой-то зажравшийся буржуй поставил свою машину прямо возле подъезда! Обходить его пришлось по газону! А накануне как раз дождь прошёл. Короче, я изгваздала свои новые туфли! И со злостью бормотала на ходу: узнаю, что за паразит поставил свой «БМВ» впритык к подъезду, ноги повыдёргиваю. Я бы на этих двоих и внимания не обратила, но они так странно переглянулись и уставились на меня во все глаза, точно увидели перед собой одного из сорока разбойников в юбке.
– Они вам ничего не сказали?
– Нет! Даже не поздоровались, гады!
– Можно подумать, что ты с ними поздоровалась, – хмыкнул брат.
– Нет, – призналась, смутившись, Елена, и принялась оправдываться: – Вообще-то я девушка воспитанная и здороваюсь с соседями по подъезду. Но тут я была так расстроена!
– Что все хорошие манеры вылетели у тебя из головы, – продолжал веселиться брат.
– Стёпа! Я не пойму, что тебя так развеселило?
– А то, недогадливая ты моя, что «бумер» этот принадлежал мужику, который и выходил вместе с квартиранткой Севастьяна Павловича.
– Ты уверен? – недоверчиво переспросила сестра.
– Действительно, откуда у вас такая уверенность? – спросил лейтенант.
– Оттуда! Я сам видел, как эта дамочка садилась в салон этой машины! А мужик тот сначала дверцу для неё придерживал, а потом сел за руль, и они – фьють! – он сделал крутящийся жест рукой и завершил: – укатили.
– Описать владельца «БМВ» вы можете? – спросил Уваров.
– Могу, чего проще, – пожал плечами Степан и начал описывать мужчину.
– О, – радостно воскликнул Уваров, – у нас есть его фоторобот!
– Откуда? – все члены семьи переглянулись друг с другом.
– Другая свидетельница составила. Но она не знала, что этот мужчина ездит на «БМВ».
– Вот видишь, милок, – сказала баба Валя, – с миру по нитке, голому рубаха.
– Бабуля! Какая рубаха? – вопрошающе вскричал Степан и делано закатил глаза.
– Бабушка под рубахой имела в виду сбор информации, – снисходительно пояснила Елена брату.
– Так и выражалась бы по-русски, – скорчил недовольную мину внук.
– Кто бы мне тут про русский язык говорил, – всплеснула руками Валентина Кузьминична, – вы же сами скоро совсем разучитесь по-русски говорить!
– Кто это вы? – уточнил внук.
– Молодёжь!
– Мама, как всегда, преувеличивает, – улыбнулась Тамара Никитична.
– А вот нисколечко я не преувеличиваю! – возмутилась несправедливым, с её точки зрения, замечанием дочери баба Валя.
Оперативник переводил взгляд с одного члена семьи на другого и думал, вклиниться ему или подождать.
– Вот на днях, – продолжала между тем баба Валя, – звонит мне сверху соседка, бабка Таня, которой от роду уже девяносто семь лет, и говорит: «Кузьминична, подымись ко мне, Христом богом тебя прошу!» Я спрашиваю, зачем. А она отвечает, что к ней сейчас насильник придёт. Я тут сама растерялась и говорю, мол, что ты такое, Матвеевна, несёшь? А она отвечает, мол, мне сейчас снизу звонил в домофон парень и сказал, что он будет меня мониторить! Я ему отвечаю, мол, стара я уже для этого дела, а он говорит, что этому делу возраст не может быть помехой!
Лена и Степан рассмеялись.
– Вам хихоньки и хахоньки, а я насилу успокоила бабку Татьяну. Объяснила ей, как могла, что напугавшее её нехорошее слово обозначает всего-навсего постоянное наблюдения за чем-нибудь и за тем, что с этим чем-нибудь происходит.
– Ну и объясненьице! – хмыкнул Степан. – Баба Таня хоть что-то из него поняла?
– Она поняла главное, – осадила внука баба Валя, – что никто на её честь покушаться не собирается!
Степан хихикнул.
– А этот балбес великовозрастный, – продолжила Кузьминична, – решив щегольнуть английским словечком, чуть ли не насмерть перепугал старуху.
– А что он хотел мониторить?
– Интернет!
– Так у бабы Тани нет интернета!
– Эта голова два уха забыл поинтересоваться, есть он у неё или нет!
– Видали, какая у нас бабушка продвинутая, – обратился к Дмитрию внук Степан.
Баба Валя отмахнулась от похвалы внука и сообщила:
– А вот Нил Афанасьевич из второго подъезда дома напротив всех на полном серьёзе уверяет в том, что его Жоржетта со всеми приходящими к ним в гости занимается лизингом.
– Простите, – растерялся лейтенант, – кто эта Жоржетта и чем она занимается?
– Жоржетта – собака Нила Афанасьевича. Очень она у него человеколюбивая. Всех, кто ни придёт к ним в дом, норовит облизать с головы до ног.
– А, – обронил Уваров облегчённо. – Какой же породы собака? – спросил он для приличия.
– Дворянской, – быстро ответил за бабушку Степан.
– Дворянской? – Дмитрий широко раскрыл глаза.
– Дворняга! – прыснул со смеху Степан.
– Или вот взять кэшбек, – как ни в чём не бывало продолжила Валентина Кузьминична, – Максим Иванович, что живёт в соседнем дворе, взял себе патент на индивидуальное предпринимательство, привёз из деревни коня.
– Купил, что ли? – опять не понял лейтенант.
– Нет, взял на время у кума. Назвал этого коня Кэшбеком и катает на нём ребятню!
– Бабушка! Коня зовут Кеша!
– Это люди его Кешей стали звать. А по документам он Кэшбек.
– Зачем такое странное имя? – спросил Уваров.
