– Ну-ка, посмотрим, что тут у нас. – Грейс взял у Элинор документ, заранее зная, что там: его расписание на неделю. С первого же дня совместной работы она притаскивала ему такую бумажку каждый понедельник.
Ужасно хотелось кофе, но он был еще слишком горячим, и Грейс пробежал глазами расписание. Поскольку ему поручено руководство операцией, придется вычеркнуть все несущественное.
В десять он должен быть в суде – слушания по делу Суреша Хоссейна продолжаются. Не ехать нельзя. На час дня он записался к зубному в Льюисе – можно отменить. Завтра в три – общее совещание с коллегами из Южного Уэльса: обмен данными по делу одного рецидивиста из Суонси, найденного мертвым на свалке возле Ньюхейвена с торчащим из глаза бильярдным кием. Придется перенести. В среду предстоит тащиться в Брамсхилл на полицейскую учебную базу и слушать лекцию об анализе ДНК по отпечаткам пальцев. Главное событие четверга – ежегодное общее собрание Крикетного клуба полиции Суссекса; Грейс, на свою голову, согласился стать его почетным секретарем. Пятница пока свободна, а в субботу в Шорэмской гавани – учения по борьбе с терроризмом, но он в них не участвует.
Неделя была бы пустой, если бы не процесс по делу Хоссейна, а теперь еще и операция «Сальса». Правда, Грейс по опыту знал: без сюрпризов почти никогда не обходится.
Он велел Элинор перенести все встречи, кроме посещения суда, потом быстро перелистал почту, продиктовал ответы на самые срочные запросы. Просмотрел «мыло»: поскольку время поджимало, а печатал Рой медленно, он продиктовал ответы и на них. Отделавшись от рутины, Грейс вышел в лабиринт коридоров и отправился в выделенный его группе кабинет, где уже вполне освоился.
Утренняя планерка по ходу операции «Сальса» была короткой. За ночь никаких изменений не произошло, если не считать визита в контору «Дабл-Эм пропертиз» и того, что Грейс узнал от Макса Кандиля. Однако сведения, полученные от экстрасенса, Рой предпочел держать при себе. Хоть бы к вечерней планерке появились какие-нибудь новости!
Грейс поехал в Льюис. Остановившись по пути на бензоколонке, он купил сандвич с яичницей и беконом. Входя без десяти десять в здание суда, он все еще жевал. С самого утра его не покидало предчувствие: день выдастся длинным.
Утреннее заседание – на сей раз закрытое – проходило в кабинете судьи. Тот изучал вновь представленные обвинителем документы. От нечего делать Грейс слонялся по приемной, диктуя Элинор письма по телефону. Пару раз он переговорил и с Гленном Брэнсоном. Времени в обеденный перерыв смотаться в офис и обратно не хватало, и в конце концов Рой все-таки отправился на плановый осмотр к дантисту. К счастью, зубы оказались в порядке, хотя он и получил нагоняй за то, что кое-как чистит десны. Но, по крайней мере, дырок нет – Грейс отчаянно боялся бормашины.
Вернувшись в суд в два пополудни, Рой узнал, что до конца заседания его не вызовут, и поспешил в управление. Операция «Сальса» отнимала львиную долю времени, и у Грейса скопилась целая гора непрочитанных документов. Стараясь наверстать упущенное, он просмотрел самые срочные.
День проходил спокойно, однако, войдя в шесть часов в конференц-зал, по лицам сотрудников Грейс сразу понял: наконец-то прорыв! Новость сообщила Белла Мой.
– Рой, мне только что позвонил Фил Уилер – отец убитого парня, найденного вчера.
– Выкладывайте!
– Уилер не знает, важно ли это, но, судя по всему, его сын с самого четверга общался с Майклом Харрисоном по портативной рации!
Марк сгорбился за столом и всматривался в монитор компьютера, пытаясь за пару часов восполнить недельный пробел: разослать письма архитектору, сметчику и строительной компании в ответ на запросы Департамента планирования по самому крупному проекту их с Майклом фирмы – застройке участка в Эшдаунском лесу.
Сзади подошла Эшли и, обняв Марка за шею, наклонилась и потерлась носом об его щеку. На него повеяло свежестью ее летнего одеколона с легким ароматом цитруса.
Глаза у Марка затуманились, и, подняв над головой руки, он погладил ее по щекам и пробормотал:
– Все будет нормально.
– Конечно. Мы не совершили ни одного промаха, верно?
– Верно.
Нагнувшись еще ниже, она поцеловала его в лоб.
Марк метнул взгляд на открытую дверь: он и днем и ночью держался настороже – вдруг кто-то войдет.
Девушка снова поцеловала его.
– Я люблю тебя!
– Я тоже тебя люблю, Эшли.
– Правда? В последние несколько дней ты что-то не слишком пылок, – упрекнула она.
– Ничего себе! Ты сама на меня все время рычала!
– Давай забудем об этом. – Она куснула его за мочку уха, расстегнула рубашку. Руки ее скользнули вниз, пальцы затеребили соски…
Марк отреагировал мгновенно: дыхание стало прерывистым, все тело напряглось. Эшли, отпрянув, обошла стол, щелкнула мышью, вышла из программы и прошептала ему на ухо:
– Трахни меня!
– Что, прямо здесь?!
– Здесь и сейчас!
Марку стало немного не по себе. Он бросил взгляд на часы:
– Уборщицы приходят в полседьмого… уже скоро…
Однако Эшли, проворно расстегнув пряжку ремня и «молнию», рывком спустила с него и брюки, и трусы.
