Она приблизила лицо к зеркалу. Новые морщины. Такое ощущение, что их становится больше буквально с каждым днем. Некоторые уже похожи на расселины в скалах. Кошмар.
Вот только…
Будут ли Люк и Фиби заботиться о них с Джоном? Захотят ли они брать на себя такую проблему? Ведь детям, кажется, полагается заботиться о престарелых родителях? Так устроена жизнь, разве нет? Как там было написано на наклейке на машине, которую она недавно видела… СВЕДИ С НИМИ СЧЕТЫ! ПРОЖИВИ СТОЛЬКО, ЧТОБЫ СТАТЬ ПРОБЛЕМОЙ ДЛЯ СВОИХ ДЕТЕЙ!
Она прикрыла за собой дверь спальни и включила свет в коридоре. Дверь детской была закрыта, дверь запасной спальни тоже. Обычно в это время они были уже на ногах.
Но сегодня утром все было тихо.
Ступеньки под ногами страшно скрипели, и Наоми старалась ступать как можно осторожнее, чтобы Джон не проснулся. Мимоходом окинув взглядом прихожую, она ощутила легкое беспокойство. Цепочка на входной двери была не накинута – неужели они забыли это сделать вчера вечером? Странно. Надо будет обязательно сказать об этом Джону. Сейчас они должны быть осторожны, как никогда.
Что-то еще не так. Как будто чего-то не хватает. Она остановилась и еще раз, уже более внимательно, осмотрела прихожую. Вешалка. Вроде бы на ней меньше одежды, чем обычно. Где пальтишки детей? Она взглянула на подставку для обуви. В ряду ботинок и сапог зияла прореха. Не хватало голубых резиновых сапожек Люка и красных Фиби.
Ее сердце сжалось. Неужели они пошли гулять? В такой час, в непроглядной темноте, в эту жуткую погоду?
Она открыла тяжелую дубовую дверь и, морщась от ледяного ветра и летевших в лицо капель дождя, вгляделась в темноту.
И замерла.
Что-то лежало на земле, прямо напротив крыльца. Мешок, или животное, или что-то еще.
Дрожь пробежала у нее по спине. Она отступила, посмотрела на щиток с выключателями и нажала на красную кнопку.
Вспыхнули сразу все лампы, кроме одной. Это был не мешок и не животное. На дорожке лежало тело мужчины. Рядом с ним валялся пистолет.
Она отпрянула, захлопнула дверь, трясущимися руками накинула цепочку и бросилась наверх. Задыхаясь, взлетела по ступенькам, рванула дверь спальни и включила свет:
– Джон! Джон, проснись скорее, ради бога! Там кто-то лежит! Возле дома! Человек! Мертвый или без сознания, я не знаю! И пистолет. Там пистолет!
Она кинулась в детскую и распахнула дверь. Даже не зажигая света, она увидела, что в комнате никого нет. Запасная спальня тоже была пуста.
Джон вышел в коридор, в халате и с ружьем в руках.
– Где? Где возле дома?
От ужаса она начала заикаться:
– П-п-п-парадная дверь. Я не могу найти Люка и Фиби.
– Звони в полицию. Нет! Нажми тревожную кнопку, быстрее. Рядом с кроватью. Они сразу приедут.
– Осторожно, Джон!
– Где он?
– На дорожке перед крыльцом. Перед парадной дверью. Я не знаю, где Люк и Фиби, – дрожащим голосом повторила она. – Может быть, они снаружи.
– Тревожная кнопка, – приказал Джон. Потом снял ружье с предохранителя и стал медленно спускаться вниз.
Наоми подбежала к кровати и нажала красную тревожную кнопку. И в доме, и снаружи тут же заголосила сигнализация. Она схватила телефон. Слава богу, линия работает. Есть сигнал. Она попыталась набрать 999, но руки дрожали так сильно, что пальцы не попадали по кнопкам. В первый раз она ошиблась. Во второй раз в трубке раздались длинные гудки.
– Господи, да скорее же! Кто-нибудь, возьмите трубку, пожалуйста! Пожалуйста!
Наконец оператор ответил.
– Полицию! – крикнула Наоми. Ее соединили. – МУЖЧИНА! ПИСТОЛЕТ! ПОЖАЛУЙСТА, СКОРЕЕ! ПРИЕЗЖАЙТЕ! – бессвязно прокричала она.
Через секунду, овладев собой, она сумела назвать адрес, повесила трубку и снова бросилась вниз. Джон стоял у окна в прихожей. Она промчалась мимо него, в гостиную.
– ЛЮК! ФИБИ!
Никого.
Наоми вернулась в прихожую и через плечо Джона испуганно посмотрела на неподвижную мокрую фигуру на гравии. На нем была вязаная шапка и длинная куртка с капюшоном; голова повернута в сторону, так что лица не видно. На какую-то секунду Наоми засомневалась: может, она преувеличила опасность? Может, это просто бродяга? Похож ли он на бродягу?
Но бродяга с пистолетом?..
– Я не могу найти Люка и Фиби, – снова сказала она.
Но Джон уже открывал дверь.
– Ради бога, осторожнее! Погоди! Сейчас приедет полиция.
– Эй! – позвал Джон. – Эй! Вы меня слышите?
– Джон, подожди!
