Убийство Джанни Версаче полностью

Maureen Orth

Assassination of Gianni Versace

Печатается с разрешения издательства Delacorte Press, импринта Random House, подразделения Penguin Random House LLC и литературного агентства Nova Littera SIA.

Copyright © 1999 by Maureen Orth

И НЕУЛОВИМЫЙ КЬЮНЕНЕН

КАК ВЕЛИЧАЙШИЙ ОПЕРАТИВНЫЙ ПРОВАЛ

ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ АМЕРИКАНСКОГО УГОЛОВНОГО РОЗЫСКА

Жанр этой книги не столь очевиден, как может показаться. Она – не только документальное расследование обстоятельств убийства сверхмодного итальянского дизайнера Джанни Версаче. Просто вынесенная на обложку произведения и сделавшая его бестселлером тема счастливым для автора и роковым для жертвы образом совпала с завершающей стадией журналистского расследования цепи на первый взгляд бессвязных и бессмысленных убийств, совершенных наркозависимым психопатом-гомосексуалом по имени Эндрю Кьюненен весной и летом 1997 года.

Морин Орт – не специалист по криминальным расследованиям. Она – эссеист и автор материалов для журналов Vogue и Vanity Fair. И тем точнее и страшнее поставленный ею первичный диагноз: сын мичмана – ветерана Вьетнамской войны филиппинских кровей и взятой им в жены набожной официантки-итальянки из припортового ресторана Сан-Диего всего-навсего с педантичной последовательностью проводил в жизнь навязчивую идею осуществления американской мечты доступными ему средствами. А перечень средств и порядок их употребления Эндрю еще мальчиком усвоил из тех же глянцевых журналов: (1) набить себе цену; (2) продаться подороже; (3) купить любовь и славу. В реальной жизни этот незатейливый рецепт, как выяснилось, требовал постоянного напряжения всех внутренних сил, чтобы казаться ярче и умнее, богаче и красивее, чем ты есть на самом деле. До поры до времени на раскручивание беличьего колеса самопиара антигерою хватало собственной внутренней энергии, а затем естественным образом началась подпитка наркотиками, благо в Сан-Франциско, где Кьюненен, бросив университет, приживал у семейной пары друзей на правах гувернера, употребление всяческого допинга – неотъемлемая часть молодежной субкультуры (как, впрочем и в его родном Сан-Диего), – и колесо пошло вразнос, сметая всё на своем пути.

Вульгарный материализм, помноженный на нарциссизм и отлакированный ощущениями вседозволенности, безнаказанности и острой потребностью во внимании, плюс разбуженные сильнодействующими психостимулирующими веществами садистские наклонности поэтапно превратили талантливого экзальтированного выпускника элитной частной школы, некогда мечтавшего о «доме у моря, семье, детях и собаке», сначала в расчетливую содержанку мужеского пола, затем в пронырливого наркоторговца. А в конечном счете – и вовсе в маниакального убийцу. Постепенно до помутненного сознания Эндрю Кьюненена начало доходить, что для обретения славы ему недостает ни связей, ни талантов, а любовь каким-то непостижимым для него образом не покупается: два бывших любовника сбежали от него на другой конец страны. И тогда он обзавелся пистолетом, отправился в Миннеаполис, где свел счеты с обоими, а оттуда – на юг, к теплому морю Южной Флориды, попутно продолжив кровавое шоу садистской расправой над строительным магнатом в Чикаго (предположительно, бывшим клиентом) и убийством ради автомобиля ни в чем не повинного кладбищенского сторожа в окрестностях Вашингтона.

И вот тут, в курортном Майами-Бич, будучи в федеральном розыске, Эндрю Кьюненен, открыто остановившись в гостинце и зарабатывая на её оплату мелко-розничной торговлей наркотиками, два месяца дожидался – и дождался-таки – своего звездного часа, эффектно застрелив на пороге собственной виллы не кого-то, а самого Версаче. Так и вошел в историю. Терять убийце было уже нечего: челюсти федерального розыска смыкались – но свою миссию он исполнил – и выстрелом себе в рот сравнялся в посмертной славе с кутюрье, которого считал ничуть не талантливее себя. Тема нового Герострата, отработавшего по «живой мишени», на этом себя исчерпывает.