В письме, так взволновавшем мистера Читтервика, значилось следующее:
Дорогой мистер Читтервик, Я, конечно, сразу поняла, что вы меня подозреваете, когда под весьма прозрачным предлогом вы пожелали видеть меня без очков. Я давно опасалась, что вы меня узнали, потому что видели в "Пиккадилли-Палас". А так как сегодня днем меня допросил полицейский, я поняла, что ваше подозрение превратилось в уверенность. Ну что ж, вы совершенно правы, но я, разумеется, не собираюсь сидеть и ждать, когда меня арестуют как соучастницу в убийстве. Когда вы получите это письмо, я уже буду в относительной безопасности. Во всяком случае, если вы мне это позволите, о чем я вас и собираюсь просить в этом письме. Да, совершенно верно, я помогла Липну отделаться от старухи, но он меня буквально вынудил это сделать. Дело в том, что он раздобыл некоторые сведения, касающиеся моего прошлого, которое нельзя назвать совершенно безупречным, и, угрожая ими, заставил меня помогать ему. Ему надо было убрать мисс Синклер с дороги, потому что она собиралась лишить его наследства, но один он с этой задачей справиться не мог. Он разработал план, по которому мне нужно было переодеться официанткой и вложить пузырек в ее руку, после того как она потеряет сознание. Этим достигалось впечатление, что она покончила самоубийством. Все это было нетрудно, однако этот дурак Линн ухитрился оставить на пузырьке отпечатки пальцев, и если бы не это обстоятельство и такая невезуха, что вы за всем этим наблюдали, его бы никогда не уличили и даже не заподозрили бы.
Но я вот к чему все это пишу: не могли бы вы не преследовать меня по этому делу? Не знаю, что вы сказали полицейским и вообще что вы говорили им обо мне кроме того, что я подозрительная личность, но есть ли смысл сообщать в полиции о моей доле участия во всем этом дельце ? Уверяю вас, что я уже достаточно наказана. Я жила все это время как в преисподней. И они уже сцапали убийцу - Линна Синклера. Я бы никогда и ни за что не приложила ко всему этому руку, если бы он не стал мне угрожать. Будьте настоящим мужчиной, мистер Читтервик. Порвите это письмо и забудьте о своих подозрениях относительно меня. Я ведь не очень о многом прошу, правда?
Мэри Гуль.
P.S. В любом случае я собираюсь исчезнуть. Так что ловите ветра в поле.
- Боже мой!- сказал мрачно Маус, кладя письмо на стол.- Так, значит, Линн... Это будет тяжелый удар для Джуди.
- Да, это все - очень неожиданно,- негромко подтвердил мистер Читтервик.
- И как же теперь со всеми вашими хитроумными догадками? Они все оказались безосновательны!
- Все время наблюдается эта тенденция переигрывать,- как-то механически заметил мистер Читтервик, уставившись в тарелку.- До чего же трудно запомнить, что правдоподобное всегда просто.
Наступило молчание. Маус взял ложку и начал есть, двигаясь как автомат.
- А кто сообщит эту новость Джуди?- пробормотал он.- Хотелось бы знать.
Мистер Читтервик, который уже что-то обдумал, вдруг вскочил с места:
- Я скажу.
- Прямо сейчас?- удивился Маус.
- А почему бы и нет? Все равно ей придется об этом узнать. Промедление в данном случае так же опасно, как переигрывание.
Однако он все же колебался.
- Она еще, наверное, спит и незачем, конечно, ее вот так сразу будить,заметил Маус.
- Я не стану будить ее,- пообещал мистер Читтервик, склонившись, по-видимому, к компромиссному решению.- Если она не откликнется на стук, я спущусь.
Он спустился вниз через две минуты и в ответ на вопросительно вздернутые брови Мауса покачал головой:
- Наверное, спит.
Завтрак продолжался в угрюмом молчании. Маус, по-видимому, был совершенно потрясен письмом, а у мистера Читтервика был вид человека, который напророчил несчастье. Они едва ли обменялись единым словом.
Но когда завтрак достиг стадии тостов и джема, мистер Читтервик вдруг сильно оживился. К удивлению своего компаньона, он вдруг грохнул кулаком о стол и громко и ясно провозгласил:
- Я этому не верю!
- Чему?- удивился Маус.
- Этому письму.
- Что!
- Оно слишком вычурное. Совершенно незачем было писать такое неестественное, странное письмо. И затем это подробное признание во всем такое изощренное! Маус, я... я полагаю, что все это очень серьезно.
- Что именно?
- Да письмо,- довольно бессвязно стал объяснять мистер Читтервик,- и мисс Гуль тут... и все это...
- Вы хотите сказать, что письмо, возможно, фальшивое?
- Нам надо ехать,- и мистер Читтервик снова вскочил.- Немедленно. Интересно, какой штамп стоит на конверте?- и он стал рыться среди конвертов, лежащих на столе.- А! Лондон, Юго-Восточный округ, четыре. Да! Надо ехать сию же минуту. Вы готовы?
- Совершенно готов. Куда поедем?
- Как куда,- удивился мистер Читтервик,- в Дорсетшир!
- Ничего себе!- ответил Маус.- Значит, вперед.
У него не было ни малейшего представления, зачем надо ехать в Дорсетшир и почему мистер Читтервик так взволнован, но этот джентльмен был сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать на вопросы, а для Мауса было достаточно уже того, что он сказал.
- А Джуди мы ничего не сообщим?- был его единственный вопрос по дороге к гаражу.
