— Да вот, хочу переброситься парой слов с вашей дочерью Лили. Предполагается, что я участвую в расследовании в связи с тем, что в деле в какой-то степени замешан Траффлис. Решил начать с офисного штата.
Барнес поскреб заросший щетиной подбородок.
— Ну, если вам угодно попусту тратить свое время, то это меня не должно касаться, — отозвался он. — Только не тревожьте Лили, прошу вас, сэр. Она немного сама не своя в последнее время. Не знаю, что уж с ней. Нет чтобы обо всем рассказать старику отцу, да куда там — не желает. Должно быть, ничего страшного. Наверное, начиталась всех этих киношных журналов, на которые тратит столько денег, — мрачно добавил он.
— Поверьте, от меня ей не будет никакого беспокойства. Просто задам несколько безобидных вопросов. Впрочем, на некоторые из них, возможно, вы тоже сумеете пролить свет.
И Найджел вытянул из него информацию: а) кабинет Джо Баннета в его отсутствие заперт, но в конторе есть ключ, которым его можно открыть; б) кабинеты в утро убийства не убирались, но полиция там все основательно осмотрела; в) Юстас Баннет не бог весть какая потеря для мира, а пивоварня лишь выиграет под началом мистера Джо.
— Да уж, поставит ее снова на ноги, это он сможет, — заверил Барнес.
— Я вот припоминаю, вы говорили мне в присутствии мистера Сорна, что ходят слухи о продаже Баннетом пивоварни?
Барнес слегка постучал себя по носу.
— Не задавайте вопросов, и вам не станут лгать.
— Но сейчас-то все изменилось. Юстас мертв, и сделка, предположительно, отменяется?
— Согласен, что-то в этом есть, — произнес главный пивовар, явно любящий, чтобы секреты из него вытягивали с должными церемониями. — Уверяю вас, мистер Стрэнджвейс, я не могу поклясться, что это правда, но до моих ушей дошел слух, будто «Роксби» — это большая фирма по производству пива в Мидлендсе — ведет переговоры с мистером Баннетом о том, чтобы купить нас с потрохами.
— С чего бы ему вдруг продавать пивоварню? Для Баннета даже странно: довольствоваться лишь деньгами от продажи бизнеса, когда он мог в полной мере еще упиваться и властью?
— Если рассматривать с этой стороны, то вы правы. Но существует разница, — изрек Барнес судейским тоном, — между понятиями продавать и быть проданным.
— Вы имеете в виду, что пивоваренный завод — банкрот?
Брови главного пивовара полезли на лоб от ужаса.
— Уж пожалуйста, мистер Стрэнджвейс, — запротестовал он, — в самом деле, не стоит вот так рубить с плеча. Тут дело тонкое. Если хотите знать правду, она заключается в следующем. Хозяин был несколько старомоден: он не признавал новшеств и очень не любил тратить деньги, чего уж тут греха таить? Из-за его скупердяйства пивоварня переживает тяжелые времена и не может конкурировать с фирмами, которые используют новые методы и оборудование. Баннеты не банкроты, нет, но я сомневаюсь, что им удастся протянуть еще десять, а то и пять лет.
— Знаете ли вы что-нибудь насчет того, как давно идут эти переговоры?
— С «Роксби», что ли? Точно сказать не могу. По-моему, начались совсем недавно.
— Ну ладно, нам будет проще навести справки о переговорах в «Роксби».
— Вот это верно. Но не забудьте, — мистер Барнес неподражаемым образом пошевелил бровями, — я вам ничего не говорил.
— Вы? О, конечно. Нет, мы не станем указывать источник информации. Узнали — и все! Скажите мне еще одну вещь. Если бы фирма «Роксби» заполучила-таки бизнес Баннета, означало бы это большие изменения в штате служащих?
Барнес бросил на Найджела несвойственный ему проницательный взгляд.
— О, я понимаю, куда вы клоните. — Мгновение он помолчал. — Нет, лаете не на то дерево, мистер Стрэнджвейс. Не думаю, что трансфер существенно повлияет на наш штат. Работники у нас хорошие, денег своих они стоят. Им не укажут на дверь.
— А как насчет самого Джо Баннета и мистера Сорна? — спросил в лоб Найджел, отвечая откровенностью на откровенность.
— Что? Наши ключевые фигуры? Да вы шутите, сэр. — И мистер Барнес от души рассмеялся.
«Не слишком ли ему весело? — подумал Найджел. — А вдруг „Роксби“ станет той самой новой метлой, которая чисто метет? Конечно, у Джо свой пай в пивоварне, с этим им ничего не поделать, но они могут назначить нового управляющего. И уж точно Сорн, будучи всего лишь учеником пивовара, никак не может быть отнесен к ценным работникам».
— Премного вам благодарен. Ну, а теперь можно мне побеседовать с вашей дочерью?
— Я не против. Сейчас ее позову.
Барнес засеменил к двери; его длинные руки свободно болтались при ходьбе.
— Эй, Лили! — крикнул он.
— Да, па!
— Тут один джентльмен хочет тебя видеть.
Заявление было встречено с вполне различимым хихиканьем, а затем словами, долетевшими сверху:
— Скажи Эду, что я еще в нижнем белье. Пусть подождет.
— Это не Эд. Это джентльмен, который остановился у доктора Каммисона. Давай одевайся, девочка, и спускайся.
Послышался приглушенный вскрик, затем наступила тишина. Барнес просунул голову в дверь гостиной и глубокомысленно произнес:
— К сожалению, мистер Стрэнджвейс, я сейчас должен уйти, а Лили будет через минуту.
