Первая жертва, новый напарник, а список подарков на Рождество явно пополнит строка о мешочке нервных клеток.
========== Часть 1 ==========
— Первый труп спустя целый год после поимки тех грабителей, — почти по-заговорчески шептались молодые офицеры, стоявшие рядом с патрульной машиной, что так беспрестанно мигала то красными, то синими огнями.
И они были правы. Столько времени прошло с того громкого дела на Шайн-стрит, которое потрясло всю Америку, не только спровоцировав ажиотаж невообразимых размеров, но ещё и усложнив работу местному отделению полиции, разбиравшемуся с ним. Детективы целых полгода старались найти банду опасных преступников, которые уж очень хорошо скрывались от зорких глаз правоохранительных органов, которые чуть ли не волосы на голове вырывали от стресса и недосыпа, компенсированного десятками кружек крепкого кофе. Медленно подходя к ответам на все загадки, они узнали местоположение и приблизительную дату ограбления, на которое пришло посмотреть порядка сотни бесполезных зевак и телевизионщиков, старающихся испортить ситуацию, чтобы получить идеальный боевик в прямом эфире. Бандиты в качестве заложницы держали маленькую девочку, возраст которой еле превышал одиннадцать лет. Женщины и бабушки в голос ахали и охали, хватались за сердце и не давали сосредоточиться на деле, будто бы совершенно не заботясь о безопасности спасенной. Благо, всё закончилось хорошо.
Над Шайн-стрит склонились мрачные облака, где-то вдалеке звучали раскаты грома, нагнетая атмосферу всё больше. Уже долгое время царила такая погода, заставляющая всё внутри неприятно съёживаться от холода и сырости. Некоторые полицейские зябко подёргивали плечами, перебирая какие-то документы, криминалисты изучали тело и собирали улики, казалось, совершенно ни на что не обращая должного внимания.
Агата Харрис же стояла в стороне, прихлёбывая любимый горячий шоколад, щедро посыпанный сверху корицей, и внимательно следила за происходящим, сдвинув аккуратные бровки на переносице. Полицейская форма отлично сидела на ней, облегая все изгибы, а фуражка слегка приминала причёску — короткие волнистые рыжие волосы. Она всем своим видом показывала свой нрав, не давала сомневаться в своей правоте и авторитете, который зарабатывала долгим и упорным трудом в полицейском ремесле, окончив академию будущих защитников закона с высшем показателем на итоговом тесте, который решил всё в её жизни. Коллеги не сомневались — она построила себя сама: холодной, жёсткой, неприступной, словно крепость, — она стойко выдерживала атаки врагов и не проронила ни единого камешка под натиском главной артиллерии. Всегда жёсткий, уверенный тон голоса леденил душу, проникал в сознание и завораживал. Неудивительно, что уже через полгода она получила звание сержанта, хотя женщине всегда было несколько сложнее в получении повышения.
Устрашающее хладнокровие и пугающая жестокость оставалась для окружающих её людей загадкой. Но и круг её знакомых оставлял желать лучшего — он состоял полностью из пустоты: ни одного близкого человека вокруг. Её родители умерли в ужасной автокатастрофе ещё когда она была совсем маленькой, что уже оставило болезненный шрам на хрупкой детской психике, но точкой стало зверское убийство её тёти, ставшей для неё лучшим другом и единственным родным человеком, оставшимся с ней. Но детство было безнадёжно стёрто из памяти по неизвестным причинам, не ведомым даже самой мисс Харрис.
Она не помнила, что такое любовь и радость, что такое лёгкость на душе и отсутствие стресса, активно мотающего из неё нервы огромными клубками. Простые житейские счастья, вроде семейного катания на коньках или поедания хотдогов и пончиков на ланче с коллегами были чужды ей. Мир вокруг составлял только горячий шоколад и маленький сэндвич с красной рыбой и солёными огурцами.
Неспешно она прогуливалась вдоль жёлтой ленты и думала о том, как же не повезло бедной девочке. Огненные локоны жертвы совсем растрепались, одежда полностью разорвана и выпачкана в потемневшей крови, которая уже успела высохнуть и приобрести коричневатый оттенок. На шее красовался глубокий надрез; было видно, что на неё напали сзади и перерезали горло. И ещё не было до конца понятно — приходилась ли девочка маньяку знакомой, были ли они в связях, зачем ему (или же ей?) понадобилось убивать её? Но странным Агата находила то, что все ценные вещи — мобильный телефон, деньги, украшения, — изъятые теперь, как следственные улики, остались на месте. Если бы убийца был вором, понадобилось бы ему её убивать? Возможно, если бы она очень сопротивлялась или заметила его лицо. Но если бы он был простым карманником, стал ли бы он оставлять награбленное у жертвы?
