– Вот что, девочки, – начала Ирина, выложив на стол магнитофон, – надеяться нам не на кого. Никто к нам не придет и не спасет. Или рыцари перевелись, или уж мы такие невезучие. Будем действовать сами. Как говорилось в советское время: «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Значит, сейчас подключаем магнитофон к телефону, тут все просто, мне сын показал, а потом, когда этот тип позвонит, ты, Катерина, включаешь магнитофон, то есть заранее включаешь, а потом делаешь вид, что испугана ужасно…
– Ей и вид делать не надо, – вставила Жанна.
– Правильно, она плачет, говорит, что согласна на все, только не в тюрьму. И тогда он наконец сообщает, что ему нужно. А то, если мы будем все время вешать трубку, то никогда этого не узнаем. И еще, про улицу Радлова старайся не говорить, чтобы ничего лишнего на магнитофон не записалось, а то мало ли, вдруг придется пленку в милицию нести.
– А если он запросит жуткие деньги? Откуда мы их возьмем?
– Сначала послушаем, что он скажет, потом решим, – твердо ответила Жанна.
Жанна уехала, предварительно убедившись, что магнитофон работает исправно, Ирина беседовала на кухне с Зоей Вениаминовной, а Катька бегала отвечать на звонки.
В этот вечер, как назло, все прямо озверели, телефон трезвонил, не переставая. Катерина прямо сбилась с ног. Звонили приятельницы Зои Вениаминовны, Катина престарелая тетка пыталась выяснить рецепт крыжовенного варенья (зачем рецепт в апреле, недоумевала Ирина, ведь еще три месяца ждать, пока ягоды созреют). Звонили из жилконторы по поводу просроченной квартплаты, звонили опять-таки Зое Вениаминовне из кошачьего общества, звонила Катина подруга Машка, та самая, что пыталась в свое время отбить у нее их общего сердечного друга, но не преуспела в этом.
– Слушай, у вас всегда так оживленно? – не выдержала Ирина.
– Сегодня что-то особенное, все как сговорились! Этак шантажисту и не прорваться, все время занято, как в железнодорожном справочном!
Ирина на кухне беседовала с Зоей Вениаминовной о собаках, когда раздался очередной звонок. Катерина, тяжело вздохнув, отправилась к телефону.
– Да быстрее ты! – прошипела Ирина ей вслед.
– Подождет, не рассыплется, – огрызнулась Катька, – у меня уже ноги отваливаются.
– Ирочка, почему бы вам не оставить Яшу себе? – умильно заглядывая Ирине в лицо, спрашивала Зоя Вениаминовна.
– Да-да, – рассеянно отвечала Ирина, вслушиваясь в то, что происходит в коридоре.
– Какая приятная новость! – воскликнула старушка. – Вы меня просто обрадовали.
Ирина расстроилась, не услышав щелчка включаемого магнитофона, и выскочила в коридор. Так и есть, Катька, разумеется, все забыла. Но звонил злоумышленник, это было видно по Катиному лицу.
– Магнитофон! – прошипела Ирина.
Катька посмотрела на магнитофон, закатила глаза к небу и беспомощно развела руки.
Что делать? Теперь если включить магнитофон, то он может услышать щелчок и заподозрить неладное. А без записи с ним нечего разговаривать, он потом ото всего отопрется, да и Катька все перепутает.
– Катюша, вы надолго? – вышла в коридор Зоя Вениаминовна. – Вы же знаете, мне нужен телефон до десяти.
Ровно в десять часов каждый вечер Зоя звонила своей сестре, они кратко информировали друг друга о самочувствии и после разговора отправлялись со спокойным сердцем смотреть каждая свой телевизор: сестра – новости по НТВ, а Зоя Вениаминовна – очередной боевик по кабельной сети.
– Одну минуточку! – прервала Катерина шантажиста на полуслове. – Вы не могли бы перезвонить попозже? Квартира у меня, как вы знаете, коммунальная, соседке срочно нужен телефон.
Не дожидаясь ответа, она повесила трубку.
– Видишь, как удачно все складывается, а ты ругалась, – успокаивающе сказала Катерина. – Сейчас Зоя поговорит по телефону и пойдет боевик смотреть, а мы тут спокойно во всем разберемся.
– Как только Зоя повесит трубку, сразу включай магнитофон. А то опять забудешь.
Пока соседка составляла краткий бюллетень своего здоровья, Ирина изнывала у двери в коридоре. Наконец Зоя повесила трубку и удалилась в свою комнату. Тотчас же раздался звонок. Подруги бросились к аппарату, Ирина включила магнитофон и прижалась к трубке с другой стороны.
– Я слушаю! – строго сказала Катя в трубку.
– Мам, у Яши глисты! – в полном восторге орал Иринин сын.
– Что? Он же спал на моем диване. Чему ты радуешься?
– Вот этому и радуюсь.
– Гоните его в коридор и чаще мойте руки! Ну вот, еще и глисты на мою голову…
– Да повесь ты наконец трубку, а то ему не прорваться. – Катька потеряла терпение. – Одиннадцатый час уже, что нам, диван сюда выносить, что ли!
– А ты бы попросила его оставить телефон, сама бы ему перезвонила, – ехидно посоветовала Ирина. – Раз у вас в квартире такой сумасшедший дом, надо же человеку облегчить задачу!
– Ой, да отстань ты, я его уже ненавижу.
Целый вечер бегаю, как заведенная, к телефону.
– А раньше ты его любила? – удивилась Ирина.
– Раньше я его боялась, – честно ответила Катька и сняла трубку с зазвонившего телефона.
