Малый размах. – Надуватель работает с небольшим размахом. Его операции – операции мелкого масштаба, розничные, за наличный расчет или за чеки на предъявителя. Соблазнись он на крупные спекуляции, и он сразу же утратит свои характерные особенности, это уже будет не надуватель, а так называемый «финансист», каковой термин передает все аспекты понятия «надувательства», за исключением его масштаба. Таким образом, надуватель может быть рассмотрен как банкир in petto161 а «финансовая операция» – как надувательство в Бробдингнеге. Они соотносятся одно с другим, как Гомер с «Флакком» – как мастодонт с мышью – как хвост кометы с хвостиком поросенка.
Корысть. – Надувателем руководит корысть. Оп не станет надувать просто ради того, чтобы надуть. Он счи-
161 В миниатюре, в уменьшенном виде
тает это недостойным. У него есть объект деятельности –
свой карман. И ваш тоже. И он всегда выбирает наиболее благоприятный момент. Его занимает Номер Первый. А вы
– Номер Второй и должны сами о себе позаботиться.
Упорство. – Надуватель упорен. Он не отчаивается из-за пустяков. Его не так-то просто сбить с избранного пути. Даже если все банки лопнут, ему мало дела. Он упорно добивается своей цели, и
так и он не выпускает свою добычу.
Выдумка. – Надуватель горазд на выдумки. Он обладает большой изобретательностью. Способен на хитрейшие замыслы. Умеет войти в доверие и выйти из любого положения. Если он не Александр Македонский, значит, он
– Диоген. Не будь он надувателем, он мастерил бы патентованные крысоловки или ловил на удочку форель.
Отвага. – Надуватель отважен. Он – храбрый человек.
Он ведет войну на вражеской территории. Нападает и побеждает. Тайные убийцы со своими кинжалами его бы не испугали. Чуть побольше рассудительности, и неплохой надуватель получился бы из Дика Терпина; чуть поменьше болтовни – из Дэниела О'Коннелла, а лишний фунт-другой мозгов – из Карла Двенадцатого.
Невозмутимость. – Надуватель невозмутим. Никогда не нервничает. У него вообще нет нервов и отродясь не
162 Ты не отгонишь ее, как пса от засаленной шкуры
было. Не поддается суете. Его никто не выведет из себя –
даже если выведет за дверь. Он абсолютно хладнокровен и спокоен – «как светлая улыбка леди Бэри». Он держится свободно, как старая перчатка на руке или как девы древних Байи.
Оригинальность. – Надуватель оригинален, иначе ему совесть не позволяет. Мысли у него – собственные. Чужих ему не надо. Устаревшие приемы он презирает. Я уверен, что он вернет вам кошелек, если только убедится, что прикарманил его с помощью неоригинального надувательства.
Нахальство. – Надуватель нахален. Он ходит вразвалку. Ставит руки в боки. Держит кулаки в карманах.
Ухмыляется вам в лицо. Наступает вам на мозоли. Он ест ваш обед, пьет ваше вино, занимает у вас деньги, оставляет вас с носом, пинает вашу собачку и целует вашу жену.
Оскал. – Настоящий надуватель венчает все эти свойства оскалом. Но никто, кроме него самого, этого не видит.
Он скалит зубы, когда закончен день трудов – когда дело сделано – поздно вечером у себя в каморке и исключительно для собственного удовольствия. Он приходит домой. Запирает дверь. Раздевается. Задувает свечу. Ложится в постель. Опускает голову на подушку. И по завершении всего этого надуватель широко скалит зубы. Это не гипотеза, а нечто само собой разумеющееся. Я рассуждаю a priori163 ибо надувательство без оскала – не надувательство. Происхождение надувательства относится к эпохе
163 Исходя из общих соображений
детства человечества. Первым надувателем, я думаю, можно считать Адама. Во всяком случае, эта наука прослеживается в веках вплоть до самой глубокой древности.
Однако современные люди довели ее до совершенства, о каком и мечтать не могли наши толстолобые праотцы. И
потому, не отвлекаясь для пересказа «преданий старины», удовлетворюсь кратким обзором примеров из наших дней.
Отличным надувательством можно считать такое. Хозяйка дома, вознамерившись купить, скажем, диван, ходит из одного мебельного магазина в другой. Наконец, в десятом рекламируют как раз то, что ей надо. У дверей к ней обращается некий весьма вежливый и речистый индивидуум и с поклоном приглашает войти. Диван, как она и думала, вполне отвечает ее требованиям, а осведомившись о цене, она с удивлением и радостью слышит сумму, процентов на двадцать ниже ее ожиданий. Она спешит произвести покупку, просит чек, платит, получает квитанцию, оставляет адрес с просьбой доставить диван как можно скорее и удаляется, провожаемая до самого порога любезно кланяющимся приказчиком. Наступает вечер – дивана нет.
Проходит следующий день – все то же. Слугу посылают навести справки о причинах задержки. Никакой диван продан не был, и денег никто не получал – кроме надувателя, прикинувшегося для этого случая приказчиком.
