Как ни странно, Павел слушал эту болтовню и даже в ней участвовал, как будто забыв о трупе в холодильнике.
— Могу опровергнуть эту теорию в один ход. Попробуйте манго, — Павел обратился к нам обоим, видимо, стараясь сохранить хотя бы видимые приличия. — Сразу станет ясно, что манго здесь и манго в России — это две большие разницы.
Когда появились сыр, креветки, каракатицы прямиком с гриля, овощи, грибы, бутылки со свежевыжатыми соками и винами, стало ясно, что Павел накрывает поляну не для троих. Остальные участники появились приблизительно через полчаса.
Один за одним перед домом останавливались тук-туки, из которых по двое-трое вылезали свежеотпущенные члены команды айтишников. Вид у всех был усталый, но все были возбуждены известием о том, что убитая девушка — не Анна.
— Павел Максимович прилетел! — воскликнула Камилла. — Вот видите, нужно было сразу вместе на отдых лететь, присмотрели бы за нами.
Кнопкин тут же надел привычную для себя маску бобруйского шутника: «Ой, не надо меня уговаривать, я и так соглашусь!», но в этот раз отшутиться ему помешал Евгений. Парень вылетел из своего тук-тука, как камень, пущенный из рогатки.
— Ее вещи на месте. Деньги, документы, кредитки, одежда… — Евгений настаивал на том, чтобы поиски его невесты начались немедленно, и Паша что-то втирал ему с серьезным и деловым видом.
Ко мне подошла Камилла, положила, как своему, руки на плечи, уткнулась носом в шею и, обдавая горячим дыханием, проговорила:
— Кошмар! Вы как в воду смотрели, когда не поехали с нами. Местные отделения полиции — это просто жесть.
Я обнял ее упругое, плотное тело, чувствуя ладонями горячий изгиб талии, но не стал распространяться о том, что с особенностями местных кутузок познакомился не хуже, чем она.
— Погодите, а где Анатоль? — воскликнул Паша и поднялся на террасу, оставив Евгения внизу, возле бассейна.
— Павел, тут такое дело… — От стола к Павлу двинулся один из адвокатов.
— Что случилось с Анатолем? — прошептал я Камилле в ее роскошные кудри, а она подняла лицо и вдруг весело рассмеялась, истерически всхлипывая, не в силах остановиться.
— Ты не поверишь! — наконец справившись с эмоциями, выдохнула девушка. Лицо ее стало серьезным. — Анатоль ждет российского консула.
— Консула?! Зачем?
— Он столько наговорил полицейским, что они его теперь без консула ни в какую не выпускают.
Камилла улыбнулась и развела в стороны свои маленькие ладошки:
— Не знаю уж, правда или пугают.
Услышав разговор, к нам подошли Роксана и Рустем, они держались за руки и уже не шифровались.
— Эта страна была бы прекрасна, если выгнать отсюда всех испанцев и индейцев! — Роксана немного растягивала слова, цитируя очередное «гениальное» заявление Анатоля.
— Есть много способов пахнуть скунсом, кажется, Анатоль знает их все, — ехидно заметил Рустем, и они с Роксаной, не дожидаясь ответа, вернулись к столу, оставив нас с Камиллой снова вдвоем.
В эту же секунду со стороны террасы раздался голос Кнопкина, которому, надо полагать, адвокат поведал о причине отсутствия тимбилдера приблизительно то же, что ребята рассказали мне.
— Господи, какой дебил этот Анатоль!
— Как Анатоль попал к вам в команду? — спросил я у Камиллы, которая с аппетитом уплетала жареные креветки, предварительно окуная их в зеленую жижу гуакамоле.
— Мы тоже удивляемся, — пожала плечами Камилла. — Но мир тесен, общие знакомые из Самары слили, что никакой он не психолог. Несколько лет назад он продавал медицинское оборудование, но погорел на откатах и взятках, а потом его зачем-то взяли к нам.
Фигура Анатоля становилась все загадочнее, если, конечно, не предполагать, что Паша решил воспользоваться советскими достижениями в области психологической разгрузки сотрудников и не взял его в команду в качестве зверушки для живого уголка.
