– Вы должны крепиться, – сказал Морис, – ради сына. – И добавил чуть тише: – И ради своего мужа.
Потапова ничего больше не сказала, только покивала головой и помахала им вслед рукой.
Покинув поселок, детективы направились в город. Всю дорогу до озера они проехали молча. Возле водоема Морис немного затормозил, но останавливать машину не стал. День потихоньку шел на убыль, предзакатные лучи роняли отблески на воду. И озеро, казавшееся днем зеленым, теперь выглядело золотым.
Когда они отъехали на приличное расстояние, Мирослава произнесла:
– Нашу поездку нельзя назвать абсолютно бесполезной.
– Пожалуй, – отозвался он.
– Мы кое-что имеем, – подвела итог Волгина, – Зося встречалась с холостым парнем, который имел богатую родственницу и часто навещал ее. Родители, а, скорее всего, все-таки эта родственница не одобрила бы его романа с Зосей и могла лишить наследства.
– Поэтому он и убил ее… – проговорил Миндаугас.
– Если верить Яне, то не поэтому.
– То есть?
– Яна сказала, что Зося не стала бы удерживать своего парня, если бы он решил расстаться с ней.
– Может быть, он ей не поверил? – предположил Морис.
– Мог. Или Зося изменила свое решение.
– То есть пригрозила рассказать все родственнице возлюбленного?
Мирослава пожала плечами.
– В самом деле, – тихо проговорил Морис, – женщины непредсказуемые существа. Я не говорю о присутствующих, – быстро добавил он.
– Мужчин тоже нельзя назвать последовательными в своих поступках. А уж в щедрости раздаривать обещания направо и налево им нет равных, – и добавила, тщетно скрывая улыбку, – это, конечно, не касается присутствующих.
– Счет равный, – фыркнул Морис и спросил. – Что же мы будем делать дальше?
– Нам остается только одно.
– Что же?
– Банальная слежка за фигурантами нашего списка. Начнем с тех, кто является у богатой одинокой тетки единственным племянником.
– Насколько я помню, таких у нас пятеро.
– Память тебя не подводит.
– Женатых и обрученного исключим из списка? – спросил Морис.
Мирослава думала меньше чем полминуты и сказала:
– Нет, никого исключать из этого коротенького списка не будем. Роман с Зосей мог завести и кто-то из женатых племянников, а обрученному тем более мало что мешало.
– Но начнем все-таки со свободных парней? – спросил Морис.
– А что, если начать с обрученного?– спросила она вкрадчивым голосом.
Морис понял, что она хочет поддразнить его, и посмотрел на нее в зеркало укоризненным взглядом. Но пронять Мирославу подобным было невозможно, и ему ничего не оставалось делать, как согласиться начать слежку с обрученного племянника.
Звали парня романтично – Юлий. Правда, не Цезарь, но все равно красиво. Судя по тому, что его тетушка – Ариадна Веренеева имела отчество Юльевна, парня назвали в честь дедушки.
Юлий Зиновьевич Проскуряков год назад обручился с дочерью директора фирмы, занимающейся выпуском и установкой пластиковых окон, Ильичом Александровичем Оконниковым. Фамилия будущего тестя, оконных дел мастера, соответствовала его роду занятий. Невеста пока тоже была Оконниковой. Марина Ильинична заканчивала институт в столице губернии. Видимо, поэтому и откладывали свадьбу. Сам Юлий Зиновьевич Проскуряков уже пять лет трудился в турфирме «Маяк» и жил в Лучанске. Тетушка жила в поселке. Детективы попытались проникнуть в поселок, чтобы полюбоваться ее домом, но им это не удалось.
– Как тут все серьезно, – вздохнула Мирослава.
Выручил их главный редактор «Лучанских новостей». Илья предоставил фотографии не только дома Ариадны Юльевны Веренеевой, но и остальных четырех тетушек. Как и ожидали детективы, все они проживали в этом элитном поселке, куда не желали пускать никого из посторонних.
– Живут же некоторые, – усмехнулся Морис, рассматривая фотографии.
– Несчастные люди, – пожалела их Мирослава.
– Почему? – удивился Васин.
– Потому что, по-моему, ужасно жить в копиях, хоть и уменьшенных, средневековых замков. У них ведь и внутри дома, наверное, подделка под Версаль и Лувр, вместе взятые.
Морис представил мысленно позолоту, хрусталь, тяжелую мебель, ковры, колонны, статуи и согласился с Мирославой.
– И впрямь нерадостно жить в такой обстановке. Дом все-таки должен быть уютным и наполненным индивидуальной аурой тех, кто в нем живет.
От Васина же детективы узнали, что тетушка Проскурякова сама из поселка выезжала редко, зато охотно принимала у себя гостей.
На следующий день детективы встали пораньше и к девяти подъехали к дому Проскурякова. На их счастье, Юлий Зиновьевич жил в двенадцатиэтажном доме новой застройки с родителями и старшей сестрой. Дом не охранялся, хотя домофон в нем имелся и камеры висели.
Морис поставил «БМВ» за старыми гаражами, которые принадлежали жильцам соседнего дома, построенного в конце прошлого века. Если повнимательнее приглядеться к ним, то может создаться впечатление, что современный дом и старая девятиэтажка старались не встречаться друг с другом окнами…
