Райдер вышел из допросной и вернулся с почти полной бутылкой: та лежала в ящике его стола, дожидаясь особых случаев. Он поставил перед Олдриджем стакан и щедро плеснул в него.
Олдридж опустошил его одним махом.
– Ты им рецепты называл? – Райдер склонился над ним, положив ему руку на плечо.
– Ни в коем случае! Как я мог! – засуетился Олдридж, глядя на Райдера преданным взглядом. Был бы хвост, завилял бы им.
– А что сказал?
– Предостерёг! Но разве они меня послушают?
Райдер сел. Олдридж таращился на него, вытянувшись в струнку, будто прилежный школьник, готовый правильно ответить на сложный вопрос.
– Вот скажи, ты же её лечил? – спросил Райдер. – И врач вроде хороший, опытный. Не заметил, что что-то пошло не так?
– Заметил, – потупился Олдридж.
– А нам чего не сказал?
– Они постоянные клиенты. Сомневался, не верил. Ведь достойные же люди!
– Это Сэм-то достойный? – ухмыльнулся Райдер.
– Он – нет. – Щека врача дёрнулась.
– Что с ним не так?
Олдридж опять заёрзал под пристальным взглядом Райдера.
– Сэм сломал ногу. Сильная боль не давала бедняге спать. Пришлось выписать морфин. Он пристрастился. Ну и… и…
– Ты снабжал его? Не темни, уже ни к чему.
– Не было выхода.
Райдер ещё раз качнулся на стуле и встал.
– Ладно. Замолвлю за тебя словечко. Но учти! Выпутаешься – будешь работать на нас. Поймаем с твоей помощью кого покрупнее, тебе зачтётся.
Такой разворот Олдриджа совсем не обрадовал, но спорить он явно не собирался.
– И список ядов составишь, – добавил Райдер, – какие могут быть в этих зельях.
Олдридж покорно кивнул, соглашаясь на всё.
Кроу открыл глаза. Утренний свет пробивался сквозь задёрнутые шторы, переливаясь в нём, они ещё больше напоминали дождь. Окна выходили во двор. Уличный шум досюда не долетал, и только едва различимый щебет птиц вплетался в бархатную тишину.
Обычно в такое время Кроу просыпался с трудом. Сны не отпускали его. Но сейчас он не помнил их и хорошо выспался. Вот только кошмары стали настолько привычными, что их отсутствие вызвало скорей тревогу, чем радость. Чтобы избавиться от этого чувства, Кроу сел и огляделся. В гостиной он один, одежда аккуратной стопкой лежит на кресле.
Встав, Кроу потянулся всем телом и помотал головой: та совсем не болела. Он переоделся в свою одежду и прошёлся по комнате, рассматривая её при новом освещении.
Какой-то негромкий звук заставил его обернуться – ничего не изменилось, он был по-прежнему один. Тихо ступая, Кроу направился к двери, ведущей в холл. Надавил на ручку. Заперто. Попробовал открыть остальные. Распахнуть удалось только ту, за которой находилась спальня в японском стиле.
Он подошёл к окну, провёл по раме пальцами, ломая голову, как его открыть. Никакой ручки или щеколды. Нет даже малейшей щели. И как это понимать?
Насмешливый голос Ады прозвучал за его спиной:
– Нэт, вы же не станете выбивать окна в моём доме? Все двери запираются, когда я веду приём.
Кроу развернулся. Окинул её взглядом и сразу понял, что угодил ещё в одну ловушку. Ада ждала именно этого. Мысли, которые он не смог удержать, ему совсем не понравились. Она вела приём в этом платье?! Впрочем, такие мелочи её не волнуют. Как и границы между врачами и пациентами.
– И окна тоже? – спросил он.
Ада подошла ближе.
– Окна заперты всегда, но открыть их можно. Если знать как.
– Вы кого-то боитесь?
– Люди бывают разные. – Она смотрела на него, задумчиво улыбаясь. – Как вам спалось?
– Хорошо.
– Как себя чувствуете?
– Нормально.
– Вы так сладко спали, я не стала вас будить. Алисе я позвонила. Что собираетесь сегодня делать?
– Какая разница? – огрызнулся он.
– Это большая тайна?
Кроу пожал плечами.
– Поеду к Фионе Роулинс. Это подруга Дороти Максвелл.
– Могу ли я составить вам компанию?
– Если хотите, – ответил он, немного помедлив.
– Хочу! Завтрак будет скоро готов.
Он думал отказаться, но внезапно почувствовал нестерпимый голод – ещё одно чудо, которое случилось с ним за последние сутки.
Ада устроилась на диване, где Кроу провёл ночь. Он шагнул к креслу, но опуститься в него не успел.
– Вам не понравилось моё платье? – спросила она.
– С чего вы взяли?
– У вас было такое лицо. Вы ощетинились и пытаетесь меня оттолкнуть. Не забивайте голову, оно только для вас. Я переоделась.
Кроу на несколько мгновений застыл, не спуская с Ады глаз, затем сел рядом с ней.
– Красивое платье. Почему передумали меня мучить?
– Даже не собиралась, вашей реакции достаточно. Как иначе понять, чего вы на самом деле хотите?
Ада повернула голову к одной из дверей. Через мгновение та беззвучно открылась, Ченг осторожно вкатил в комнату столик. На двух тарелках из голубого фарфора лежали сэндвичи с ветчиной, в третьей – аппетитный омлет. Рядом стояла ваза со спелыми фруктами и два стакана молока.
Взяв тарелку с омлетом, Ада подцепила вилкой небольшой кусок.
– Попробуйте, это очень вкусно. И не врите, что не голодны. Я всё равно не поверю.
Кроу хотел забрать вилку, но Ада отвела руку. Подумав секунду-другую, он усмехнулся, открыл рот и позволил себя накормить.
