Джек еще не видел свою секретаршу такой напуганной.
Мужчина пытался вырвать руку, и сейчас, когда все его мускулы напряглись, выглядел особенно внушительно. Марлоу прочитал в его глазах безжалостную угрозу.
Леонида схватила Джека за руку.
— Прошу вас, отпустите его! Не беспокойтесь, он ничего дурного мне не сделает.
Марлоу отпустил руку незнакомца, но заранее приготовился к нападению — и успел отразить удар, а потом врезал сам — так, как его учили бить врага в армии. В глазах незнакомца мелькнули удивление и страх. После третьего удара он пошатнулся и упал.
Марлоу отступил и, стиснув зубы, повернулся к Леониде. Девушка дрожала от ужаса.
Джек помассировал затекшую руку и, почувствовав, что вся его злость куда-то улетучилась, улыбнулся.
— Все-таки военная служба иногда на что-то годится, — проворчал он. — А теперь расскажите мне все. Этот субъект очухается не раньше, чем через десять минут, и я сильно сомневаюсь, что и тогда у него возникнет желание вмешиваться в разговор.
Марлоу подвел девушку к столу, усадил, потом тоже опустился в кресло и стал ждать объяснений.
Щеки Леониды слегка порозовели. Откинувшись на спинку кресла, она смотрела Джеку в глаза. Сейчас она казалась ему как никогда красивой, и молодой человек не мог отвести взгляда от высоких круглых грудей, натягивавших белую ткань блузки.
Его охватило только одно желание: сжать Леониду в объятиях.
Но это было бы совершенно нелепо.
Джек вытащил пачку сигарет, угостил Леониду и закурил сам.
Они опять встретились взглядами.
— Я… я благодарю вас, — прошептала девушка.
— Пустяки, не стоит того. Но кто этот тип?
Леонида не ответила.
— Я спрашиваю вовсе не из праздного любопытства, — довольно сухо объяснил Марлоу. — Просто не зная, кто он такой, я не сумею помочь вам.
— Вы очень добры, — почти беззвучно проговорила Леонида, — но ничем не можете помочь мне, да я и не нуждаюсь в помощи, уверяю вас.
— Правда? Я вам не верю.
Незнакомец, по-прежнему не шевелясь, лежал на полу.
— Мистер Марлоу, вы и так проявили массу такта и понимания, и я вам очень благодарна, — с живостью продолжала Леонида, — но, право же, помощь мне не нужна. Этот человек… мой старый знакомый. Мы… мы должны решить один вопрос…
Нет, она так ничего и не расскажет. Она не хочет впутывать Марлоу в эту историю. Джека охватила безумная жалость к ней.
— Обидно, мне бы так подошла роль Дон-Кихота!
Он встал и, поглядев на распростертого на полу противника, заметил:
— В любом случае он вошел в мою контору без разрешения и пытался меня прикончить. А следовательно, пусть-ка объясняется с полицией.
Джек подошел к телефону и, не глядя на Леониду, стал набирать номер.
— Нет-нет, не звоните в полицию!
— А почему бы и нет?
— Умоляю вас!
— Но нельзя же позволять подобным субъектам врываться к людям и угрожать расправой!
— Пожалуйста, мистер Марлоу, не надо поднимать шума. Клянусь вам, я сама со всем справлюсь.
— Полиция или объяснения, — холодно отрезал молодой человек.
— Будет гораздо лучше, если вы позволите мне действовать самостоятельно.
Леонида подошла к Джеку и, словно желая помешать снять трубку накрыла его руку ладонью.
— Леонида, — мягко проговорил он, — мне было бы намного приятнее выслушать ваши объяснения, чем звонить в полицию. Но выбор за вами.
Марлоу вдруг спросил себя, что он станет делать, если девушка обнимет его и начнет умолять не вмешиваться. Джеку страстно захотелось, оставив в покое телефон, прижать к себе Леониду и забыть обо всем остальном.
Он опустил трубку, но телефон тут же зазвонил.
Марлоу и мисс Уайльд одинаково вздрогнули от неожиданности. Джек поднял трубку.
Меж тем его противник на ковре зашевелился.
— Это мистер Марлоу? — спросил женский голос. — Мистер Эйнсворт хотел бы знать, может ли он рассчитывать на ваше появление. Встреча была назначена на без четверти четыре.
— Я прошу меня извинить, — сказал Джек, — но сугубо личные обстоятельства помешали мне прийти. Передайте мои извинения мистеру Эйнсворту и скажите ему…
Марлоу вдруг увидел, что Леонида делает ему какие-то знаки.
— Минуточку!
Он накрыл микрофон рукой и тихо шепнул девушке:
— Нет, я не пойду к Эйнсворту, пока вас не выслушаю.
— Но вы же потеряете клиента!
— Тем хуже для меня, — буркнул Джек и снова заговорил с секретаршей Эйнсворта: — Нет, сегодня вечером я прийти не смогу, но завтра перезвоню ему с самого раннего утра.
— Слушайте, Марлоу, вы собираетесь работать со мной или нет? — вмешался мужской голос. — Я хочу сотрудничать только с теми, на кого целиком могу положиться.
Голос Эйнсворта звучал сурово, да он и в самом деле имел основания сердиться. Тем не менее, Джеку показалось, что тот журит его чисто по-отечески.
— Поверьте мне, мистер Эйнсворт, не случись у меня чисто личная неприятность, я бы уже давно был у вас. Можно мне позвонить вам завтра утром?
— Ладно, — буркнул адвокат, — надеюсь, к тому времени у вас все уладится.
И он повесил трубку.
Противник Марлоу уже встал и замутненным взглядом оглядывал комнату. Леонида со страхом следила за каждым его движением.
