Она обошла городок вдоль крепостных стен, перешла по старому горбатому мосту бурную реку и отправилась дальше, прямо по берегу.
От реки веяло холодом, но день выдался солнечным, и желтые листья деревьев у самой воды ярко вспыхивали в лучах солнца, лиственные деверья сменялись высокими старыми елями.
Вода быстро неслась вперед, иногда перепрыгивая брызгами небольшие камни и старательно оббегая серые валуны, а дальше вся река превратилась в бурную пену, словно летящую над камнями. Дома вдоль реки были солидными, старыми, каменными, но постепенно сменились более современными, а потом и вовсе закончились.
Саша бодро шла вдоль берега, заранее сверившись с гугл картой, лишь однажды она остановилась, чтобы рассмотреть вблизи оранжевые шарики на голых ветвях, которые заметила в день приезда. Это действительно оказалась хурма! Словно елочные игрушки небольшие плоды усыпали дерево, оставшееся совсем без листьев. Интересно, а они здесь едят хурму? — подумала девушка, а впереди уже виднелась новая группа домиков и указатель на «Старую мельницу».
Остерия оказалась последним зданием, чуть поодаль от остальных. Наверняка, на этом месте стояла когда-то мельница, отсюда и название. Сейчас же от нее ничего не осталась, остерия находилась в желтом относительно современном здании где на первом этаже был ресторанчик, а на втором- жилые помещения.
Саша открыла дверь, и вошла в небольшой зал типичного провинциального ресторана с десятью столиками, стеллажами, наполненными бутылками вина по стенам, многочисленными старыми фотографиями в простеньких рамах.
Навстречу девушке из-за стойки бара вышел пожилой грузный мужчина в фартуке с абсолютно белыми кудрявыми волосами.
— Мы пока не работаем, могу налить выпить или кофе, что желаете?
Саша попросила кофе, устроилась за стойкой. Мужчина протирал небольшие тарелочки, не обращая внимания на девушку.
— Извините… я хотела спросить…
Мужчина обернулся
— Я хотела спросить… — боже, как глупо она сейчас выглядит, все казалось так просто еще утром, но сейчас она не знала, как задать вопрос! — ваш повар, Анджело… к нему часто приходила русская девушка, Татьяна?
Мужчина потемнел лицом и со всей силы стукнул кулаком по барной стойке. Чашки и бокалы зазвенели, а Сашина чашечка с кофе подскочила и опрокинулась, кофе чудом не выплеснулся ей на куртку.
— А ну пошла отсюда!! Мне журналистов тут не хватало!
— Я не журналистка, я…
Но мужчина уже снимал фартук и выходил из — за стойки, неожиданно он схватил огромный поварской нож и замахнулся на девушку:
— Пошла отсюда, а то пожалеешь! Приперлась любопытная! Пошла, пошла!
Саша схватила сумку и выбежала из траттории. Остановившись посреди дороги, чтобы перевести дух, она вдруг услышала странные звуки:
— Пссст, псст!
Девушка обернулась и в первый момент ей показалось, что это злобный мужчина машет ей из-за угла траттории, но потом разглядела, что это женщина, такая же высокая, грузная, кудрявая и седая до белизны.
Саша сделала два шага, и женщина кивнула:
— Иди, иди сюда, только тсс, — она приложила палец к губам, — тихо, тихо.
— А вы… вы так похожи на того мужчину, там, — Саша кивнула на остерию.
— Пошли, пошли за дом, оттуда не видно, — женщина потянула Сашу дальше. — Я его сестра, это наш ресторан. Ты журналистка?
— Нет, я… — но женщина не дала ей договорить, — это хорошо, что журналистка, я поэтому тебя и позвала. Ты ж можешь написать, а потом сказать карабинерам, только я тебе ничего не говорила!
— Что сказать?
— Я же слышала, ты спрашивала брата, зачем приходила сюда та женщина, русская. Мы тут не причем, дай слово, что об этом напишешь, мы не причем!
— Да вы вообще о чем говорите? Об убийстве?
— Да нам зачем его убивать? Мы вообще отказались от этих денег.
— Каких денег? Да объясните вы внятно хоть что-нибудь, о чем вы говорите?
— Он, Анджело, предложил нам денег, ему нужно было помещение, где паковать трюфели. Они уже год занимаются этим с Леандро, это один из наших менеджеров его все в городе знают, вот они по всей Италии рассылают, а теперь решили расширяться, делать такой бизнес с этой русской, продавать трюфели в Россию.
— А что в этом такого? Трюфели не под санкциями, продавай на здоровье.
— Он хотели закупить трюфели в Сан Миниато, на ярмарке. Чтоб был официальный сертификат. А потом продавать их через интернет в Россию. Но хорошие дорогие трюфели разбавлять нашими, из долины. Нет, ну наши тоже хорошие, — тут же спохватилась женщина, — но они намного дешевле. Мы отказались. Думаю, они решили делать это дома, паковать посылки на отправку по заказам.
— И вы думаете она его из-за этого убила? Что-то не поделили?
— Там деньги то какие! Наверное, и не поделили.
— А вы говорили об этом карабинерам?
— Так я тебя почему и позвала. Нет конечно, муж их на дух не переносит, он чудом не был дома, когда в прошлом году Анджело их погнал. А то б тоже сидел под домашним арестом. Ты напиши! Или сама скажи карабинерам, что услышала где-то, что владельцы остерии отказались в этом участвовать. И пусть ищут там, в их делишках, если она за деньги его убила.
— А за что еще?
