Я вздрогнул. И в самом деле, как можно было упустить из виду такую важную деталь? Однако ответил так, будто только об этом и думал.
— Орудие убийства еще не установлено.
— Но вы же говорили…
— …только о предположениях доктора Рейнольдса.
— По идее, скальпель оставляет очень характерные следы.
— Я — не специалист.
— Зато доктор Рейнольдс — хирург, уж он-то знает, о чем говорит. — Она сжала кулаки. — Ах, почему я не мужчина!
— И что бы вы стали делать?
— Я бы обязательно нашла!
— Что, орудие убийства?
— Не только. Моего отца подло убили! Он был стар и болен, но со мной протянул бы еще несколько лет. Слышите, его подло убили…
— Я понимаю, Эллен. — Ее отчаяние больно отдавалось в моем сердце. Впервые в жизни меня охватила такая нежность. Я взял Эллен за руку и почувствовал, что еще никогда прикосновение к женской руке не вызывало в душе подобного волнения. — Я сказал, что помогу вам, и, хотя еще не знаю — чем, поверьте, готов на все.
— Да, Джерри, вы обещаете помочь, но, в сущности, вас не интересует ничто, кроме вашей газеты. Что вам до убийства моего отца? Для вас этого всего-навсего один из «жареных фактов» криминальной хроники…
— Еще раз повторяю: я помогу вам, Эллен. Не привык останавливаться на полпути, все, что начинаю, всегда довожу до конца.
Эллен оценивающе посмотрела на меня. Лицо ее оставалось холодным и бесстрастным, лишь в глазах горел мрачный огонь. Наконец, она медленно проговорила:
— Джерри, прошу вас: найдите убийцу моего отца.
С минуту я недоверчиво смотрел на нее.
— Что вы имеете в виду? Вашего отца убил Мэджи.
Эллен молча покачала головой.
— Как? Это не Мэджи?
— Может быть, удары нанес и он, но настоящий убийца — другой.
— Вы хотите сказать, что доктор Уилкс…
— Я сама не знаю, что хочу сказать. — Эллен закрыла глаза и тихо повторила: — Сама не знаю.
— Так вы… вы думаете?..
— Нет… чувствую…
— Женской интуиции тут недостаточно. Нужны факты. Во всяком случае, мне бы хотелось опереться на что-нибудь посущественнее.
— Я все расскажу вам, Джерри, как только смогу. Мне еще самой не очень ясно, что к чему. В голове — ужасный хаос: отдельные слова, фразы, события. После смерти отца все это всколыхнулось и беспорядочно кружится в голове. Понимаете?
— Отчасти.
— Мне очень трудно объяснить, что я испытываю, но это довольно смутное и в то же время сильное ощущение. — Немного помолчав, Эллен добавила: — В этом году я часто виделась с доктором Уилксом. Вообще-то, я знаю его с детских лет. А потом он стал все больше и больше интересоваться мной, и уже почти год мы встречаемся, как минимум, два раза в неделю. Уилкс просит выйти за него замуж, но мне он противен.
— Зачем же вы так часто встречались?
— Сначала как-то стеснялась отказать, а потом было уже поздно. Отец дружил с Уилксом ровно четверть века.
— Сколько же ему сейчас?
— Пятьдесят. Он приехал в Мидленд в двадцать пять лет, и папа назначил его в Грейстоун сначала врачом, а потом директором.
— Я всегда думал, что он обязан назначением вашему дяде…
— Нет. В те времена отец был гораздо влиятельнее. Он уже стал судьей, а Эндрю только-только оставил адвокатуру и занялся политикой.
— И чем вам так неприятен Уилкс?
— Трудно сказать. Я всегда его недолюбливала. А когда начались эти ухаживания, антипатия превратилась в отвращение. Если честно, иногда мне кажется, у доктора — не все дома. Ведь не зря говорят: кто постоянно общается с сумасшедшими, и сам со временем сходит с ума.
— Говорить-то говорят, но не стоит преувеличивать. Мне доктор Уилкс показался не только здравомыслящим, но и очень умным человеком.
Эллен поежилась.
— А вы заметили, какие у него глаза?
— Да, согласен, взгляд — на редкость проницательный.
— Уилкс как будто видит вас насквозь. Глаза горят… А как он рассказывает о своих психах… их якобы отделяет от нормальных людей лишь едва заметная грань!
— Просто Уилкс любит свою работу.
— Почему вы его защищаете? Вы даже не знакомы толком. Уверяю вас, это сумасшедший. Он способен… на все.
— Например, убить вашего отца? Я догадываюсь, что вы мне сейчас скажете: Уилкс нарочно помог Мэджи бежать, чтобы тот прикончил судью.
— Да.
— Но это абсурд!
— Почему?
— Да потому, что псих — не самое удобное оружие. Мэджи держали в железной клетке…
— А внушение? Уилкс часто рассказывал, какой властью обладает над пациентами. Я всегда боялась…
— Что он попытается загипнотизировать вас? Ну, Эллен, это уж слишком!
— Уилкс загипнотизировал Мэджи и заставил убить моего отца.
— Но почему? Они же были закадычными друзьями.
— Доктор просил моей руки, а отец отказал ему.
— Думаете, Уилксу этого хватило, чтобы выпустить на свободу опасного маньяка? А я-то считал, что вы, Эллен, хотите поговорить со мной серьезно!
Она бросила на меня испепеляющий взгляд.
— Все понятно: раз тут нет политики, вам все до лампочки. Глупо было даже надеяться на вашу помощь.
Я пожал плечами.
— Неужели вы рассчитывали, что я приму всерьез подобные аргументы?
— Но, уверяю вас, он — безумен!
— Я так не считаю.
