Эрсберг показывает: «Потом, спустя некоторое время, явился снова Заславский и потребовал Татищева, Гендрикову и Шнейдер. Он сам их куда-то увел. После этого Родионов сказал нам: «Ну, через полчаса и ваша судьба решится. Только ничего страшного не бойтесь». После этого, кажется, тот же самый, который приходил в вагон с Заславским, увел Труппа, Харитонова, маленького Седнева и Волкова».
Всех этих лиц повезли на извозчиках сначала к дому Ипатьева. С ними ехали Заславский, неизвестный и Родионов. Здесь Трупп, Харитонов и Леонид Седнев были пропущены в дом Ипатьева. Татищева же, Гендрикову, Шнейдер и Волкова неизвестный с Родионовым повезли в тюрьму. Волков показывает: «Нас остальных повезли дальше. Я спросил извозчика: «Далеко ли до дома?» Я думал, что нас везут куда-либо еще. Молчит. Я опять его спросил: «Ты куда нас везешь?» Опять молчит. И привезли нас в тюрьму. Когда нас привели в контору, Татищев не утерпел и сказал мне: «Вот, Алексей Андреевич, правду ведь говорят: от сумы да от тюрьмы никто не отказывайся». Родионов ничего на это не сказал Татищеву, а другой комиссар ответил: «По милости царизма я родился в тюрьме». Сказал он эти слова по нашему адресу и сказал их злобно. Не было тогда на меня ордера, а на всех остальных ордера уже были. Начальник тюрьмы и сказал тогда об этом комиссару. Он махнул рукой и сказал: «Потом пришлю». Я не знаю, кто это был. Но потом, когда был в тюрьме, комиссар юстиции Поляков, и мы обращались к нему по поводу отобрания у нас вещей (у меня взял саквояж этот самый неизвестный мне комиссар), и Поляков нас спросил, кто нас арестовывал и кто у нас отбирал наши вещи, и мы не могли ему ответить на его вопрос, начальник тюрьмы сказал Полякову, что нас привозил и сдавал ему Юровский. Это я хорошо помню».
Голощекин, Юровский и Заславский были теми людьми, которые проявляли власть над царской семьей с первого момента прибытия ее в Екатеринбург.
Очень скоро число обитателей Ипатьевского дома стало уменьшаться. 24 мая был взят камердинер Чемодуров, 28 мая – дядька Наследника Нагорный и лакей Иван Седнев. Они были отправлены в тюрьму.
С царской семьей оставались доктор Боткин, повар Харитонов, лакей Трупп, поварской ученик Леонид Седнев и комнатная девушка Демидова.
Всем остальным, кроме заключенных в тюрьмы и доктора Деревенько, было приказано покинуть пределы Пермской губернии. Деревенько остался в Екатеринбурге и проживал на свободе.
Дом Ипатьева находится на углу Вознесенского проспекта и Вознесенского переулка, сравнительно в центральной части города63.
Передним фасадом дом обращен на восток в сторону Вознесенского проспекта.
Здесь почва перед фасадом дома сильно понижается и имеет резкий уклон по Вознесенскому переулку.
Благодаря этому нижний этаж дома носит совершенно подвальный характер и окна его со стороны Вознесенского проспекта ниже уровня земли.
Ворота и калитка (не видны на снимке за выступом дома) ведут во двор, вымощенный каменными плитами. Здесь расположены различные хозяйственные службы.
Вблизи дома – деревянная будка, давно существующая при доме.
Задним фасадом дом обращен в сад, идущий вдоль Вознесенского переулка. В саду растут тополя, березы, липы, одна ель, кусты желтой акации и сирени.
В сравнении с другими домами данной местности дом Ипатьева оставляет благоприятное впечатление. Садик же его мал и однообразен.
Ход в верхний этаж – со стороны Вознесенского проспекта.
Тут же за дверью открывается помещение с внутренней парадной лестницей дома. Она освещена окнами со стороны двора.
Деревянная перегородка с маленькой дверкой отделяет это помещение от соседнего.
Здесь расположены ванная и уборная. Окно ванной обращено в сад, уборной – во двор.
Из помещения тут же за лестницей налево дверь ведет в прихожую верхнего этажа.
Соседняя с ней комната занималась большевистским начальством.
Все остальные комнаты верхнего этажа предназначались для царской семьи и состоявших при ней лиц.
Показаниями камердинера Чемодурова и доктора Деревенько, допускавшегося иногда в дом Ипатьева, установлено, что Их Величества и Наследник Цесаревич занимали одну комнату под цифрой XIII, а Великие княжны – соседнюю под цифрой X.
В комнате под цифрой XI помещалась Демидова, под цифрами VII и VIII (зал и гостиная) – Боткин и Чемодуров, под цифрой XII (проходная) и под цифрой XIV (кухня) – лакей Трупп, повар Харитонов и Леонид Седнев.
Комната под цифрой IX служила столовой.
Пять окон верхнего этажа дома обращены на Вознесенский переулок. Из них два, ближайшие к заднему фасаду дома, выходят из комнаты Демидовой; окно, соседнее с ними, из комнаты Княжон; два окна, ближайшие к углу, и два соседние с ними со стороны Вознесенского проспекта – из комнаты Их Величеств и Наследника Цесаревича.
На чертеже нижнего этажа под цифрами I, II, IV, V, VII, VIII и Х обозначены жилые комнаты; под цифрами III, IX, XII, XV – кладовые; под цифрой XI – уборная и под цифрами XIII и XIV сени. Из этих сеней имеются двери во двор дома.
