– Полагаю, у меня тоже должен быть отец-убийца. – Он вздохнул, потому что впервые признался в этом.
Герберт похлопал отца по спине и провокационно спросил:
– Почему бы тебе не убить кого-нибудь, пожалуйста?
– Замолчи!! – сказал Куви. Оставь это, Герберт, хорошо?
Арчири коснулся его руки и сказал:
– Я выйду, если не возражаете. Мне нужно подышать воздухом.
– Я тоже, – сказала Шерр. Я больше не могу сидеть здесь в машине, и у меня ужасная головная боль. Мне нужен аспирин. – Я припаркуюсь здесь. – Мы вернемся в отель пешком, папа. – Если я не выберусь отсюда, то потеряю сознание, – сказала Шерр.
Все трое переглянулись. Герберт с мрачным лицом. Шерр немного пошатнулась, и Арчири схватил ее за руку. Несколько прохожих с любопытством наблюдали за ними.
– Ты сказала, что хочешь аспирин, – сказал Герберт.
Ближайшая аптека находилась всего в нескольких метрах, но Шерр, одетая в легкую одежду, вся дрожала. Воздух был плотным и влажным. Арчири сказал-,наверно, торговцы уже закрыли свои лавочки..
Герберт, казалось, собирался возобновить спор, но она умоляюще посмотрела на него.
– Давай больше не будем об этом говорить. Нам больше нечего сказать друг другу. Если повезет, мы не увидимся снова до октября, и даже тогда мы можем избежать встреч.
Он молча нахмурился и сделал жест отказа. Арчири открыл дверь, и Шерр вошла в аптеку…
Внутри были только фармацевт и Марта Вайлинг, которая, судя по всему, не покупала, а просто разговаривала.. Был полдень рабочего дня, и все же девушка ходила по магазинам. Что то случилось с ее работой в магазине одежды для «дам»? Арчери задался вопросом, узнает ли она его и как он может предотвратить это, потому что ему не хотелось знакомить ее с Шерр. Он содрогнулся при мысли о том, что происходило в этой аптеке провинциального городка: о встрече, после шестнадцати лет, между дочерью Даниэла и девушкой, которая раскрыла совершенное им преступление.
Она стояла у окошечка аптеки, когда Шерр подошла к стойке. Они были так близко, что почти касались друг друга. Тогда Шерр наклонилась, чтобы взять банку аспирина, то даже задела рукав ее блузки.
– Извините. – Не волнуйтесь.
Арчири заметил, что у Шерр не было мелких денег ничего, кроме купюры в десять шиллингов. В этот момент его беспокойство и страх, что Шерр узнает девушку рядом с ним, были настолько ошеломляющими, что он чуть не закричал: «неважно! Оставь эти деньги. Не жди сдачи.! Ради Бога, давайте убираться отсюда пока она не узнала Шерр.!».
– У вас нет купюры помельче?
– Боюсь, что нет.
– Подождите минутку, я проверю, есть ли у нас сдача.. Две молодые женщины стояли рядом друг с другом, молча. Шерр пристально смотрела на нее, но Марта Вайлинг нервно возилась с двумя флаконами духов, которые стояли на стеклянной полке, двигая их, как шахматные фигуры.
Аптекарь, одетый в белый халат, вышел из-за стоек.
– У мисс Вайлинг есть другой рецепт? —спросил аптекарь.
Марта повернулась, и лицо ее покраснело.
– Этот рецепт старый, боюсь я, что он больше не действует.…
– Что значит, он больше не действует?
– Я имею в виду, что его можно использовать только шесть раз. Я не могу дать вам больше таблеток, если вы не принесете новый рецепт. Если Ваша мать… – Старый тюлень, – медленно произнесла Марта Вайлинг.
Внезапная выразительность лица Шерр поблекла, словно кто-то ударил ее по лицу. Не открывая портмоне, она сунула сдачу в сумочку и поспешно вышла из аптеки.
Старый тюлень. Это все ее вина, все плохое, что случилось с тобой в жизни, это ее вина, начиная с великолепного розового платья.
Весь день того дождливого воскресенья она сидела у швейной машинки и шила это платье. Когда все было готово, мама надела его на нее и заплела ленту в волосы.
– Я выйду ненадолго, я хочу, чтобы бабушка Паула увидела тебя в твоем новом платье, – сказала мама и вышла, но когда она вернулась, я разозлилась, бабушка Паула спала и не слышала, как мать стучала в окно. – Подожди полчаса, – сказал Папа, – может, к тому времени она проснется. Он тоже наполовину спал, лежа на кровати, бледный и тощий, положив голову на подушки. Поэтому мама поднялась в свою комнату, за лекарством она собиралась дать ему лекарство и почитать что-то, потому что он была слишком слаб, чтобы держать книгу.
– Оставайся в гостиной, детка, и будь осторожна, чтобы не испачкать платье.
Ты повиновались ей, но ты расплакалась. Конечно, дело было не в том, что ты не пошла к бабушке Пауле, а в том, что ты знала, что пока они с мамой разговаривают, ты могла бы пробраться в коридор, а затем выйти в сад,, чтобы показать Шерр первой свое новое платье. Ну, а почему нет? Почему бы не надеть пальто и не перейти дорогу? Но тебе придется поторопиться, потому что Шерр ложилась спать в половине шестого. Мать Шерр была в этом очень строга.
«Они бедные, но приличные», – говорила мама про них, хотя и не знала, что это значит. Но ты знала, что мать Шерр не позволит тебе разбудить ее, даже если она позволит тебе войти в ее комнату.
