– Простите, я задержал вас, миссис Эймс! Вам, конечно же, хочется отдохнуть после… Примите мои извинения.
– Не извиняйтесь, мистер Блейк, – сказала я, тем не менее обрадовавшись, что разговор окончен. – Возможно, увидимся за ужином.
– Конечно.
В дверях я обернулась и увидела, что он в самом деле решил продолжить одинокую прогулку. Что-то в этой встрече мне не понравилось, но я была слишком утомлена, чтобы анализировать свои ощущения.
В холле, усталая, измученная, как еще никогда в жизни, я обвела взглядом кресла, надеясь в одном из них увидеть Майло. Но вместо него будто из ниоткуда вдруг вынырнула миссис Роланд и, прежде чем я успела ретироваться, налетела на меня. Сегодня на ней было бирюзовое платье с крупными алыми цветами, а на шее болталась добрая дюжина самых разнообразных бус – ракушки, жемчужины, гагат, какие-то резные деревяшки. Подплывая ко мне, Ивонна Роланд в буквальном смысле слова гремела костями.
– Эймори, дорогуша! Вы еще здесь! Я думала, вы уехали вместе с мужем.
Я слушала вполуха. Как ни нравилась мне эта женщина, сейчас мои нервы не были способны переварить ее в полном объеме.
– Куда уехала? – переспросила я, на мгновение задержав взгляд на инкрустированной изумрудом черепахе, свисающей с длинной цепочки на грудь миссис Роланд.
– Да обратно же, в Лондон. По-моему, именно туда.
Я пристально посмотрела на нее.
– Майло уехал?
– Ну конечно, моя дорогая. Не так давно. Я была уверена, вы поехали вместе.
Меня будто стукнули по голове чем-то тяжелым.
– Вы наверняка ошибаетесь.
– Да нет же, милая. – Ивонна смотрела на меня, широко раскрыв глаза. – Вашего прелестного мужа трудно с кем-нибудь перепутать.
– Простите, миссис Роланд, мне нужно кое-что проверить.
– Да, разумеется. Вам нужно больше бывать на солнце, Эймори, – крикнула она вслед. – Вы какая-то бледная!
Собрав все силы, чтобы казаться спокойной, я подошла к стойке. Миссис Роланд, конечно же, что-то напутала. Майло не мог уехать, не сказав ни слова. Даже думать смешно.
– Мне есть письма? – спросила я. – Миссис Эймори Эймс.
– Да, миссис Эймс, записка. Ее оставил вам муж примерно полчаса назад, попросив передать, как только вы вернетесь.
Я взяла конверт – знакомый конверт Майло. Может, он пошел в деревню, и мы с ним разминулись? Я распечатала конверт и вынула оттуда записку, написанную родным размашистым почерком.
В этом не было ничего удивительного, и все-таки меня словно ударили. Можно сказать, дали под дых. Я долго смотрела на записку, потом смяла ее в руке, с трудом подавив внезапное желание разрыдаться. Хотя, если честно, я просто слишком устала, чтобы рыдать. Сама виновата. Это ж надо додуматься – опереться на Майло. А то я не знала, на что он способен. Знала, просто не хотела верить. Вот и поплатилась.
– Эймори… – вывел меня из задумчивости голос Джила.
Увидев, как Джил с Эммелиной выходят из лифта, я попыталась взять себя в руки и не выдать обуревавших меня чувств, но Джила так просто было не провести.
– Все в порядке? – спросил он, озабоченно сдвинув брови.
Я справилась с эмоциями и выдавила улыбку:
– Да, Джил, спасибо. – И обратилась к Эммелине: – Рада, что тебе немного лучше.
– Джил говорит, мне надо подышать воздухом. Выпьешь с нами чаю?
– Я… боюсь, не сегодня, спасибо. Не очень хорошо себя чувствую.
Краем глаза я видела, что Джил смотрит на меня.
– Эммелина, подожди меня в столовой, – попросил он.
– Хорошо. Увидимся, Эймори?
– Конечно, Эммелина, с удовольствием.
Она ушла, и Джил обернулся ко мне.
– Пройдем ненадолго в гостиную.
Я пошла за ним. В гостиной никого не оказалось, и Джил спросил:
– Итак, что случилось?
Я отогнала мысли о Майло. Следовало обсудить более важные дела.
– Думаю, ты слышал о Хэмильтоне.
Джил кивнул:
– Инспектор Джонс заходил, чтобы узнать, где я находился в это время.
– Он ведь не думает, что ты…
Джил улыбнулся, но взгляд был подернут тенью.
– Это случилось, когда меня уже выпустили. Наверно, теперь повесят за два убийства, а не за одно.
От этих слов мне стало дурно.
– Не говори так.
– Ну, так или иначе, в камеру меня не вернули. Полагаю, они хотят удостовериться, что это действительно убийство. Я звонил сэру Эндрю. Похоже, ему предстоит немало работы.
Эти слова напомнили мне, о чем я хотела спросить у Джила.
– Мистер Роджерс говорил, что ты просил его связаться с сэром Эндрю еще до ареста. Ты был так уверен в том, что это непременно произойдет?
– Я полагал, что это возможно. Я… Видишь ли, я в свое время написал Руперту несколько писем, не особенно стесняясь в выражениях. И был уверен, что они всплывут.
– Но ведь не всплыли.
– Пока нет. Но, наверно, это вопрос времени. Подольют масла в огонь.
– Просто не могу во все это поверить, – пробормотала я, чувствуя, что Джил внимательно на меня смотрит.
– Но ведь ты только что думала не о смерти Хэмильтона и не о моем аресте? Тут ведь что-то еще?
Я устало улыбнулась:
– От тебя ничего не скроешь, да, Джил? Впрочем, все равно узнаешь. Майло уехал.
– Как это? Куда?
