— Возьми. — Алекс протянул ей чистый носовой платок. — От красоты? — Спросил он коротко.
— Угу, — кивнула головой Кэтти. — Еще Украину жаль. Ее разграбленные земли. Ведь у нас тоже холмы и горы и леса, которые почти все вырубили, замки, от которых остались одни руины…
— Ну не только руины. Позволь с этим не согласится. Есть даже отреставрированные. Например, замок Паланок в Ужгороде, Золочевский замок…
— Построенный Яном Собеским для жены Марыси. Кстати, так же француженки. Не понимаю, откуда в людях это желание разрушать?
— О чем Вы там? Говорите, хотя бы по-английски, пожалуйста, — попросила Мадлен. — Еще километров пятнадцать и мы подъедем к дому Жоржа.
Дорога свернула направо, открыв взгляду еще одну живописную деревушку, и скоро впереди показался фантастический пейзаж с величественным белым замком, окруженным большим парком.
— Кажется, мы подъезжаем к логову маркиза, — неуверенно сказала Мадлен и, остановив автомобиль перед воротами, надела белую из рисовой соломки шляпку, которую сама расписала акриловыми красками. Птицы, цветы и отрывки из стихотворений прошлых веков украшали ее творение.
— Ты говорила, что речь пойдет о завещании его прабабушки? — Кэтти во все глаза смотрела на красивейшие кованые ворота, верх которых венчало «воздушное» кружево. Два массивных герба были прикреплены симметрично к верхней части ворот, как броши к платью. За ними открывалась длинная аллея из больших стриженых фигур самшитов, ведущая к трехэтажному шедевру зодчества в стиле Ренессанс. Средневековые башни со шпилями по бокам охраняли и украшали замок.
— Да, он что-то говорил о странном завещании. — Мадлен была явно удивлена увиденным.
— Надеюсь, в нем сказано, что твоя дальняя родственница, оставляет часть замка, а лучше целиком, — тебе, дорогая. А мы будем приезжать в гости!
— Ах, Кэтти, тебе бы только шутить! Мне бы за своим домом успевать ухаживать. Впрочем, разве я не зову тебя каждое лето в гости? Пожалуйста, мой дом — к твоим услугам!
— Башни явно остались со времен рыцарства. Как романтично… — Глаза Кэтти были мечтательно полузакрыты. Она уже видела в своем воображении события давно прошедших лет. Поэтому не расслышала делового предложения подруги.
Налюбовавшись видом, Мадлен посигналила. Ворота автоматически открылись, что удивило путешественников. Проехав живописную аллею, они подъехали к замку, обогнув большую клумбу с фонтаном. У входа их уже встречал дворецкий, приветствуя с легкой улыбкой и поклоном. Швейцар открыл массивные двери.
Перед их взором сразу предстала великолепная лестница, ведущая в парадную залу. На первом этаже находились Большая гостиная, библиотека, Музыкальный зал и маленькая Синяя гостиная — очень уютная, с камином шестнадцатого века из черного мрамора и ценными картинами на стенах. Именно туда проводил их дворецкий, попросив обождать хозяев. В этой комнате чувствовался утонченный вкус. Гармоничное сочетание антикварной и современной мебели, умело расставленные акценты раритетными аксессуарами, радовало глаз. Все создавало тихую домашнюю обстановку, а роскошь не была навязчива.
Мадлен подошла к окну, с которого открывался великолепный вид на сад. Кэтти впилась глазами в картины. Алекс, с удовольствием, опустившись в темно-синее бархатное кресло и, мгновенно охватив комнату взглядом ценителя искусств, в тот же момент забыл обо всем великолепии. Его интересовал ряд вопросов и главный из них был, — как связан Жорж и его семья с преступлением Элен? А что, если все же убийца Жорж и их приезд сюда — ловушка, чтобы заполучить Мадлен?
Неожиданно в комнату вбежал веселый долматин и, поочередно обнюхав всех гостей, виляя хвостом, уткнулся в ладонь Кэтти, забрасывая ее руку к себе на голову и требуя ласки. Потом того же потребовал от Мадлен и сел у ног Алекса.
Через несколько минут в Синюю гостиную вошел Жорж. Он был радостен, слегка возбужден, а свежий вид и румянец на его лице говорил, что он только что с прогулки.
— А-а, ты уже здесь Афина! — обратился он к долматину, которая здесь же подпрыгивая, стала пытаться лизнуть его в лицо, будто не видела хозяина сто лет. Стараясь избежать нежностей своей собаки, Жорж крепко пожал руку Алексу и дружелюбно, как старый знакомый поприветствовал девушек. Извинившись, он попросил обождать его мать и распорядился принести напитки.
Разговор вертелся возле собаки, которая сразу же завладела вниманием всех собравшихся. Она легла на спину и предоставила возможность всем присутствующим гладить и чесать ее живот. Присев возле Афины на корточках, они попеременно ублажали ее. Это внесло некоторое раскрепощение и сближение, которое происходит между незнакомыми людьми, благодаря домашним животным. Гости не забыли сделать комплимент «дому» Жоржа, а Мадлен не выдержав, саркастически отметила этот факт.
— Да, мы зовем этот замок «домом». Здесь родился мой дед, отец и я. — Спокойно отреагировал Жорж.
