– Я должен понять ход мысли шахматиста. Мне известна логика мысли мужчины средних лет, который на пустынной улице насилует женщину, а затем душит ее. Я знаю, что копошится в мозгу у подростка, попавшего под влияние профессионального преступника, когда мальчишка убивает банковского кассира лишь потому, что тот недостаточно быстро передает ему деньги. Я знаю даже, как мыслит заурядный добропорядочный обыватель, который после двадцати лет тихой супружеской жизни вдруг насмерть зашибает свою жену, а потом в ужасе от содеянного пытается замести следы. Но я не знаю, как работает мыслительный аппарат у шахматиста.
– Пожалуй, как у любого другого человека, – высказал предположение Мартинэ, – за исключением того, что мы лучше других умеем взвешивать шансы.
– Что ж, и это уже кое-что, – заметил Альбер. – Чем я могу быть полезен?
– Вы, вероятно, заметили, что шахматисты – народ падкий до сплетен. Кстати, можете даже обратить это в свою пользу. Словом, до меня дошли слухи, будто бы у бедняги Даниэля взорвался какой-то шахматный столик. Это правда?
Альбер на мгновение заколебался. Не принято посвящать посторонних в секреты расследования и давать информацию по телефону. И все же он решился сказать правду.
– Да, это так.
– Видите ли, я не знаю наверняка, не было ли там какого-либо другого столика, помимо обычного…
– Нет, не было.
– Тогда это был не столик, а шахматный компьютер.
– Ах вот как?! – Альбер почувствовал досаду. Ну чтоб ему поговорить с Мартинэ раньше! Уж кто другой, а Мартинэ, конечно же знал, на чем ежедневно играл его компаньон.
– «Р-43» – экстра-компьютер фирмы, их и было-то всего изготовлено дай бог несколько десятков. По внешнему виду – шахматный столик, да и по сути тоже. Кстати замечу, дивный экземпляр коллекционной мебели красного дерева. По-моему, в стиле необарокко, но если это важно, то лучше уточнить у кого-нибудь другого.
– Не думаю, чтобы это имело значение для следствия.
– У столика, разумеется, пристроены сбоку ящички для шахматных фигур, для блокнотов, бумаги и так далее, но главное, конечно, вмонтированная электроника.
– А что он умел этот столик?
– Да все, что угодно. Вот только играл слабее, чем «Ультимат». Но Даниэля побивал даже этот автомат, правда в самом сильном режиме.
– И разговаривал?
– Что? Ах да, понял, что вы имеете в виду. Обмен репликами за игрой… Но это ведь забава, дело несерьезное. «Р-43» прежде всего очень сильный шахматный компьютер, к моменту выпуска – один из сильнейших. Кроме того, в нем предусмотрены всевозможные мелочи: нажатием кнопки можно получить запись партии. Можно с его помощью анализировать партии. Можно переключить его на решение шахматных задач. В компьютер вмонтированы также кварцевые часы.
– И когда же Ростан купил этот автомат?
– Он его не покупал, а получил от меня в подарок, когда уже стало ясно, что мы доделаем «Ультимат». Не поверите, как я был счастлив и как благодарен. Мне хотелось чем-то порадовать Даниэля.
– Когда это было?
– Дай бог памяти… В прошлом году? Или года полтора назад? Обождите, сейчас попробую уточнить.
– Не так уж важно.
Альбер откинулся на стуле и, привычно зацепившись мысками за перекладину письменного стола, принялся раскачиваться взад-вперед. Судя по всему, разговор затянется надолго.
– Скажите, вы знали, что Ростан каждый день после обеда решает шахматные этюды?
– Конечно. Все это знали. Ему нельзя было мешать.
– Он всегда был в это время один? Даже вы не смели к нему входить?
– Почему же? Иногда мы на пару решали задачи. А почему вы спрашиваете?
– Лишь иногда вы бывали вдвоем или довольно часто?
– Можно сказать, довольно часто. Но… понял! Думаете, кто-то решил, что я тоже буду у столика.
Теперь в его голосе чувствовалась некоторая растерянность.
– Если бы вы не уехали, вы бы тоже там были?
– Наверняка. По утрам мы работали вместе, я и обедал у Ростана, а после не было смысла уходить, поскольку все равно предстояло еще работать. В последнее время я каждый день засиживался у него допоздна.
– А почему вы уехали?
– У меня заболела мать.
– Я думал, вы были за границей.
– Совершенно верно. Моя мать живет за границей. Она замужем за дипломатом.
– Вы говорили кому-нибудь, что уезжаете?
– Только Даниэлю.
Во время разговора Альбер извлек свои блокнотные записи.
– Могли бы вы мне продемонстрировать такой шахматный автомат, какой был у Ростана?
– Точно такой же? – В голосе Мартинэ прозвучали высокомерные нотки. – Это была экстра-модель, какие в настоящее время изготавливаются только по индивидуальным заказам. Но «Р-43» представлен на выставке в гостинице.
– Мне бы хотелось посмотреть в точности такой же.
Мартинэ вздохнул.
– Подумаю, чем тут можно помочь. Зайдите ко мне после обеда.
Пока они обменивались прощальными приветствиями, Альбер, плечом прижав трубку к уху, записал в блокнот: «Достаточно ли надежно охраняют Мартинэ? А в случае, если…»
