– Миссис Харпер сказала мне, что до приезда стражей порядка члены семьи хотят на какое-то время остаться одни, и мы – имеется в виду обслуга – примерно на час ушли в кухню. Потом пришел Маркус Рот, сообщил о прибытии полиции и добавил, что мы должны оказывать им любую посильную помощь. Потом, когда нам разрешат, в доме надо будет навести порядок.
– И чем же в течение этого часа занималась семья? – спросила Нэнси, чувствуя, как у нее немного зачастил пульс.
Ей, разумеется, показалось подозрительным, что слуг на целый час заперли в кухне.
– Не знаю, но мне пришлось проводить этого детектива, насколько я помню, назвавшегося Брауном, в комнату Гарри и Люси. Так вот, когда я открыла дверь, мне сразу стало ясно, что в комнате кто-то побывал. Там навели порядок! Люси вечно устраивала бедлам… – Натали улыбнулась каким-то своим воспоминаниям. – И постоянно передо мной за это извинялась. Когда я перед вечеринкой собиралась домой, она как раз к ней готовилась и повсюду валялись ее вещи. Я сказала, что утром все уберу, но это уже сделал кто-то до меня. Я точно знаю, что там кто-то побывал, хотя миссис Харпер богом клянется, что ни к чему там не прикасалась.
Нэнси посмотрела на Джонатана, яростно строчившего в своем блокноте.
– Получается, что семья велела вам всем посидеть взаперти, а тем временем кто-то из них поднялся к Люси в комнату? Но почему?
– Не знаю, – пожала плечами Натали. – Я поняла, что полиции об этом никто не сказал. Маркус при мне говорил тому детективу, что в комнату никто не входил. То ли солгал, то ли и сам не знал, точно сказать не могу. С тех пор я потеряла сон, все думая, что делать. Полиция меня пугает. Но потом мне на глаза попалась ваша просьба предоставить любые сведения о случившемся, и я подумала, что вы-то уж точно знаете, что делать.
– Совершенно верно, – кивнул Джонатан. – Вы поступили правильно, Натали. Спасибо вам. Эта информация представляет огромный интерес.
– Вы же выясните, что случилось с Люси, правда? – жалобно спросила она.
– Обязательно, – пообещал Джонатан, – даже не сомневайтесь.
Нэнси и в самом деле надеялась, что им удастся сдержать это обещание.
После закрытия паба Джонатан высадил Нэнси у коттеджа. Когда она на прощание помахала ему рукой и он уехал, до нее вдруг дошло, что на дороге стоит совершенно незнакомая ей машина – для этого времени года в Дэдли-Энде событие весьма необычное. Она вытащила ключи и поспешила к входной двери, размышляя о том, почему это всякие странности во тьме внушают такую тревогу.
– Нэнси!
Услышав на удивление знакомый голос, она застыла, так до конца и не открыв дверь. Потом медленно повернулась и посмотрела на припаркованный автомобиль. Оконное стекло было опущено, и в тусклом свете салона ей удалось разглядеть лишь махавший рукой силуэт.
– Это я! – сказал Ричард. – Иди сюда. Давай минутку посидим.
Стараясь не выказывать удивления, Нэнси перешла на другую сторону дороги, забралась на пассажирское сиденье и спросила:
– Что ты здесь делаешь?
И тут же пожалела о выпитых в пабе двух бокалах джина с тоником, почувствовав, что в столь тесном пространстве наедине с ним после стольких лет у нее закружилась голова.
– На севере у нас была конференция, после которой я возвращался в Лондон, – сказал он. – Чтобы заехать в Дэдли-Энд, мне достаточно было сделать крюк, потратив на это каких-то полчаса. Я просто не смог устоять. И торчу здесь уже довольно давно, в какой-то момент даже подумал, что ты сегодня не придешь домой ночевать.
Нэнси прекрасно понимала, что он закидывает удочку в попытке выяснить, с кем она провела вечер.
– Я ходила посидеть в пабе, – сказала она, не собираясь удовлетворять его любопытство. – Не думала, что ты когда-нибудь опять заявишься ко мне в деревню и вот пожалуйста – вижу тебя здесь уже второй раз за неделю.
– После нашего обеда я без конца о тебе думаю, – сказал Ричард и повернулся на своем сиденье, чтобы оказаться с ней лицом к лицу.
Нэнси старалась не обращать внимания на то, как близко они теперь сидели. И очень радовалась, что их разделяет барьер в виде рычага переключения передач.
– Мне тебя очень не хватает.
– В самом деле?
Нэнси пришла в замешательство. Он произнес эти слова после пяти лет полного отсутствия в ее жизни, причем в самый необычный момент, который когда-либо переживала их деревня. Она никак не могла сообразить, рада видеть его опять или нет. Когда он заявил, что в случае ее отказа поехать с ним в Лондон их отношениям придет конец, Нэнси задумалась, а так ли идеально они подходят друг другу. Ричард прекрасно знал, насколько важен для нее был отцовский книжный магазин и что из близких у нее осталась одна только бабушка, но все равно надеялся, что она все бросит и отправится с ним в Лондон. Что ей вообще делать в городе? Она душой и телом принадлежала Дэдли-Энду. И вот теперь он завел разговор о том, что ему ее не хватает.
– Ричард, я…
