Для удивительной способности мисс Марпл все знать всегда найдется вполне разумное объяснение.
– Вот я и пришла, – добавила она, – чтобы узнать, могу ли я оказаться полезной.
– Вы очень добры, – снова, но значительно суше произнес Мелчетт. – Только делать тут нечего. Хейдок увез его в больницу.
– Прямо в больницу?.. Ах, вы меня успокоили. Я так рада слышать это. Там он будет в полной безопасности. Когда вы говорите «делать тут нечего», вы же не имеете в виду, что он не выздоровеет?
– Это очень сомнительно, – сказал я.
Взгляд мисс Марпл упал на коробочку для лекарств.
– Как я понимаю, он принял большую дозу?
Думаю, Мелчетт предпочел бы промолчать. В других обстоятельствах я бы тоже промолчал. Но наша с мисс Марпл дискуссия была еще свежа в моей памяти, к тому же я придерживался тех же взглядов, что и она, хотя, должен признаться, ее столь быстрое появление на сцене и нескрываемое любопытство вызвали у меня легкую неприязнь.
– Лучше взгляните на это, – сказал я, протягивая ей незаконченную записку Протеро.
Она взяла ее и прочитала без малейших признаков удивления.
– Вы же уже пришли к похожему выводу, да? – спросил я.
– Да… да, пришла. Позвольте узнать, мистер Клемент, что заставило вас прийти сюда сегодня вечером? Есть нечто, что ставит меня в тупик. Вы и полковник Мелчетт – я ожидала совсем другого.
Я рассказал ей про телефонный звонок и про то, что я, кажется, узнал голос Хоуза. Мисс Марпл задумчиво кивнула.
– Очень интересно. Прямо-таки судьба, с позволения сказать. Да, вы пришли сюда в решающий момент.
– Решающий для чего? – спросил я.
На лице мисс Марпл отразилось удивление.
– Как для чего? Для спасения мистера Хоуза, естественно.
– Вам не кажется, – сказал я, – что было бы лучше, если б он не пришел в себя? Лучше для него, лучше для всех. Теперь мы знаем правду и…
Я замолчал, так как мисс Марпл закивала с такой страстностью, что потерял мысль.
– Конечно, – сказала она. – Конечно! Он хотел, чтобы вы именно так и думали! Что вам известна правда… и что так лучше для всех. О да, теперь все встает на свои места: и записка, и передозировка, и душевное состояние бедного мистера Хоуза, и его признание. Все встает на свои места… но все равно что-то не так…
Мы уставились на нее.
– Вот поэтому я и радуюсь, что мистер Хоуз будет в полной безопасности… в больнице… где до него никто не доберется. Если он придет в себя, то расскажет вам правду.
– Правду?
– Да… он никогда и пальцем не прикасался к полковнику Протеро.
– Но телефонный звонок, – сказал я. – Записка… передозировка… Все же совершенно ясно.
– Именно этого он и добивается, чтобы вы так думали. Ах, он очень умен! Сохранить записку и использовать ее вот таким образом – это был чрезвычайно ловкий ход.
– Кого вы имеете в виду, говоря «он»? – спросил я.
– Я имею в виду убийцу, – ответила мисс Марпл.
И очень спокойно добавила:
– Я имею в виду мистера Лоуренса Реддинга…
Мы в полном изумлении уставились на нее. Думаю, мы на секунду или две и в самом деле поверили, что она сошла с ума. Обвинение выглядело абсолютно нелепо.
Полковник Мелчетт пришел в себя первым. Он заговорил ласковым тоном и со своего рода сострадательным терпением:
– Мисс Марпл, это абсурд. С молодого Реддинга полностью сняты подозрения.
– Конечно, – сказала пожилая дама. – Он этого и добивался.
– Как раз напротив, – сухо произнес главный констебль. – Он приложил все силы к тому, чтобы в убийстве обвинили его.
– Да, – согласилась мисс Марпл. – Он увел нас в эту сторону – и меня, и всех остальных. Вспомните, дорогой мистер Клемент, как меня ошеломила весть о том, что мистер Реддинг признался в совершении преступления. Это разрушило все мои логические построения и заставило меня считать его невиновным, хотя до этого я была убеждена, что он виновен.
– Так вы подозревали Лоуренса Реддинга?
– Я знаю, что в книгах преступником оказывается тот, кого меньше всего подозревают. Но я обнаружила, что в жизни это правило не применимо. В ней самое очевидное и является правдой. Хотя я всегда была искренне расположена к миссис Протеро, я не могла не прийти к выводу, что мистер Реддинг имеет над ней неограниченную власть – и она сделает все, что он ей скажет. А еще – что он не из тех молодых людей, которые грезят о бегстве с женщиной без гроша за душой. Если смотреть под этим углом, то ему необходимо было устранить полковника Протеро – вот он его и устранил. Этот молодой человек
Полковник Мелчетт нетерпеливо всхрапнул, а потом сказал:
– Абсолютная чушь от начала и до конца! Нам поминутно известно, где находился Реддинг вплоть до шести пятидесяти, а Хейдок категорически заявляет, что в это время Протеро убить не могли. Вы, наверное, решили, что разбираетесь в этих вопросах лучше доктора. Или вы допускаете, что Хейдок лжет – только вот зачем?
– Я думаю, в своих показаниях доктор Хейдок говорит правду. Он исключительно честный человек. Между прочим, полковника Протеро застрелила, конечно, миссис Протеро, а не мистер Реддинг.
