Вернувшись в номер, она еще раз перечитала сочинения. Такэси просил сказать ему, если что-то произведет на нее особое впечатление, но просьба оказалась сложной. Все они были хорошо написаны. Приходилось признать, что впечатление производят все.
Так и не собравшись с мыслями, Маё взяла сочинения и вышла из комнаты. Когда она подошла к номеру Такэси, он оказался незаперт. Наверное, горничная стелила постель и ушла, не заперев дверь.
В номере было темно. Повернув выключатель на стене, Маё едва не вскрикнула. В центе комнаты сидел Такэси, сложив ноги в позе медитации.
– Ты меня напугал… Уже вернулся?
– Только что, – ответил Такэси, не открывая глаз.
– Как ты попал в номер? Ведь он был заперт на ключ.
– Это совсем просто.
Так он еще и слесарь! Что за человек такой…
– Свет-то хотя бы включил.
– Для того чтобы думать, свет не нужен. – Такэси открыл глаза и посмотрел на Маё. – Сочинения прочла?
– Прочла. Оценила, как хорошо написано. – Она села.
– Оценила, и все? Может быть, что-то удивило?
– Удивительного вроде ничего не было.
– Ладно. Я тоже почитаю, так что положи туда.
Маё положила пачку сочинений на стол.
– А как дела с компьютером?
– Данные восстановили, оставил пока в другом месте.
– О, получилось восстановить!.. И где он?
– Этого сказать не могу.
– Почему?
Такэси сдвинул брови:
– Потому что ты захочешь посмотреть.
– Конечно, захочу. Почему ты не показываешь?
– В свое время покажу. Сейчас еще рано.
– Что же это такое… Опять что-то хочешь выманить?
– Есть кое-какие соображения… Скажи лучше, с Какитани связалась?
– Связалась.
– Ну и как?
– Разговаривал не очень охотно, но кое-что рассказал.
Маё передала ему все, что услышала от Какитани.
– Я удивилась, что Кокорика и Кугимия были вместе. Это в субботу-то вечером… Ехали куда-то тридцать минут и пробыли там два часа. Наверное, в каком-то отеле. Скорее всего, в одном из тех, где встречаются парочки.
– Вполне обоснованное умозаключение.
– Я этого не ожидала. Эти двое, оказывается, сошлись… Вот Нобита дает! Или это постельный бизнес Кокорики, которая изображает из себя Сидзуку?
Эти слова Такэси пропустил мимо ушей.
– А про алиби Макихары Какитани что-нибудь говорил?
– Не говорил. Думаю, они еще не установили.
– Макихара женат?
– Нет, он, кажется, холостой… Мне Момоко говорила. А в чем дело?
Такэси не стал отвечать. Он снова закрыл глаза, скрестил руки на груди и замер в такой позе.
Маё позвала его по имени. Через некоторое время дядя наконец открыл глаза. И рассмеялся жутковатым смехом.
– Ладно, ладно… Вот, значит, как обстоят дела. Теперь вся картина сложилась.
– Что? Не тяни душу! Что тебе стало понятно?
– Я и без твоих просьб расскажу. Только, – Такэси широко развел руки в стороны, – придется немного подождать до начала шоу.
Воскресенье, полдень. Добравшись до точки, указанной на карте, Маё почти удивилась, что в этом городке неизвестно как появился такой стильный ресторан. В простой деревянной конструкции здания ощущался некий заграничный дух. Было и просторное открытое пространство, о котором говорила Момоко. На входной двери висела табличка «Закрыто на спецобслуживание».
Внутри сразу у входа стоял узкий длинный стол, за которым Момоко регистрировала участников.
– Ты опять на регистрации? Поминальная ночь, похороны, а теперь встреча выпускников. Совсем замоталась, наверное!
– И правда. Может быть, где-нибудь наймут на работу регистраторшей, – ответила Момоко шутливо, но выглядела она немного смущенной – возможно, из-за того, что было накануне. Наверное, потом она еще пообщалась с Рёсукэ.
Продезинфицировав руки, Маё получила карточку с указанием места за столом. Оказалось, что это будет настоящий обед с рассадкой. Размеры просторного зала позволяли расставить стулья на достаточной дистанции друг от друга. К тому же для защиты от инфекции стол был разделен вдоль на две части прозрачной акриловой ширмой.
Пока Маё искала свое место, ее окликнули несколько одноклассников. Все они знали о смерти Эйити и выражали свои соболезнования.
– Желаю скорейшего завершения расследования!
– Держись!
Эти слова звучали искренне.
Некоторые протягивали свои визитные карточки, просили обращаться, если понадобится их помощь. И это не было формальным жестом.
С ней поздоровался один из одноклассников по фамилии Судзуки. Ему поручили вести сегодняшнюю встречу.
– Вначале подадут шампанское, но мне кажется, что поднимать тост при таких обстоятельствах неуместно. Думаю объявить десять секунд молчания и потом выпить без слов. Ты как считаешь?
– Я не против. Полагаюсь на тебя. Но только потом больше не возвращайся к этой теме, веди встречу как обычно.
– Хорошо. Спасибо. – И Судзуки отошел с видимым облегчением.
Слыша со всех сторон обращенные к ней добрые слова, Маё думала, что в школе она зря расстраивалась из-за своего положения дочери учителя – наоборот, надо было гордиться своим отцом, которого так любили все ученики.
То тут, то там она замечала однокашников, приходивших на похороны. Среди них был Харагути в строгом костюме, и Маё окликнула его, подойдя поближе.
– Хочу тебя кое о чем попросить. Сделаешь?
– Давай. А что надо делать?
