— Ну, это же наводит на мысль, верно? Я к тому, что парень знал, как это делается. Стыки между кирпичами на полу подвала были сделаны правильно. Это бесспорно. И потом, что касается песка и цемента: мы так и не выяснили, откуда они взялись, а цемент, как вы понимаете, горстями обычно не покупают.
— Вы хотите сказать, что его, уже готовый, привезли прямо из школы?
— Мне так, по крайней мере, кажется.
— Да-а, — задумался Роджер. — Получается так. Но, боже мой! Неужели Уоргрейв... Он мне никогда не нравился, но, черт возьми...
— В вашей рукописи есть несколько слов насчет того, что в какой-то момент он и эта девушка были в милых отношениях.
— Да. Да, так, бесспорно, все думали. Но это ничего не доказывает. Он мог просто использовать ее, чтобы раззадорить Эми. У него это здорово получалось.
— И все было так, как вы написали, сэр?
— Об Уоргрейве и Эми Гаррисон? Именно так. Она явно за ним охотилась, а он, как я думаю, не возражал. Он действительно был очень упорен и очень целеустремлен.
— Ведь он пошел бы на многое, или как, по-вашему?
— Нет, — с некоторой неохотой ответил Роджер. — Нет, не верю, что он мог на это пойти.
— Эх, — сказал Морсби.
Роджер встал и принес еще пива.
— Но послушайте, — сев, заговорил он снова, — откуда вы знаете, что это обязательно был кто-то из школьных? Ведь мог быть и кто-то другой?
— Да, мог. Но готов поспорить, мистер Шерингэм, что это кто-то из школы. У Мэри Уотерхаус было мало знакомых за пределами школы. Мы наводили справки. Всегда на каникулы где-нибудь снимала комнату или оставалась с одной из других женщин из школы. Конечно, она могла некоторое время провести и с мужчиной, нам не удалось пока об этом разузнать, но, думаю, и не стоит далеко ходить, когда есть эта школа. А вы как думаете, сэр?
— Так же, боюсь, так же. Но как противно думать, что один из тех, с кем я вместе обедал, оказался убийцей. Уф!
— Сколько людей наверняка говорили то же самое, мистер Шерингэм, — сухо изрек Морсби. — Ведь убийц было столько...
Некоторое время оба молчали.
— Ну что же? — заговорил Роджер. — Могу я еще чем-нибудь вам помочь?
— Этот ваш роман о школе — о чем вы еще хотели написать?
— О, не знаю. Где-то у меня осталась пара сырых набросков. Противостояние продолжалось. Намечал описать какое-нибудь столкновение Эми Гаррисон и Раиса у бассейна, ссору Лейлы Джевонс с Мэри Уотерхаус из-за какой-нибудь мелочи. Каждого нужно было поглубже втянуть в конфликт. Но вам ведь это не нужно. То есть я хочу сказать, там нет ничего, что пролило бы свет на преступление. Теперь ведь вам придется идти с другого конца?
— С другого конца?
— С погреба. Как попала Мэри Уотерхаус в этот погреб? Или ее заманили? Видел ли ее там кто-нибудь? Видел ли кто-нибудь мужчину, с которым она была? Есть ли какая-либо связь между ней и этим домом, или между любым из тех мужчин — с Уоргрейвом, если хотите, — и этим домом? Вы уже можете дать ответ хотя бы на один из этих вопросов?
— Ни на один, — не унывая, признался Морсби. — Еще придется над ними попотеть. Мы уже пробовали начать с того конца, но не продвинулись ни на дюйм. Может, теперь, когда установлена убитая, и продвинемся, но сомневаюсь. Нет, думается мне, внимание нужно сконцентрировать на том конце, где школа.
— И начать с того, что потребовать от Уоргрейва отчета о его действиях в первую неделю — или сколько там? — последних летних каникул?
— Скорее начнем не с этого, но я почти уверен, что и за это скоро возьмемся. Вряд ли такие сведения нам помогут: смерть все-таки произошла позже чем через неделю с начала каникул. Никто не в состоянии дать отчет обо всем, что произошло за неделю где-то год назад.
— Как это великодушно со стороны полицейского, — язвительно похвалил Роджер.
— О, мы куда великодушнее, чем вы, сыщики-любители, думаете, — усмехнулся Морсби, чтобы не рассердиться.
— Иными словами, вам непросто будет найти доказательства по вашему делу?
— Очень непросто, сэр, вне сомнения. Но это случается у нас довольно часто. Мы хорошо понимаем, кто виноват, но доказать это не так легко.
— Да, — задумчиво проговорил Роджер, — вам должно сказочно повезти, чтобы вы раскрыли это дело.
— Раскроем, мистер Шерингэм, не беспокойтесь, — с профессиональным оптимизмом ответил Морсби. — Еще как.
— Да я и не беспокоюсь. Это чисто ваше дело. Не хочу в него вмешиваться. Вы уже ездили в Роланд-хаус?
— Сам — нет. Поеду завтра утром.
— Хотя там сейчас, видимо, только четверо из того состава, — небрежно заметил Роджер. — Правда, и других вполне легко найти.
— Четверо?
— Гаррисон, миссис Гаррисон (если она его не бросила), Эми и Уоргрейв.
— Нет, они все там. Все, кто упомянут в вашей книге.
Роджер удивленно взглянул на Морсби, потом улыбнулся.
— А-а, ну конечно же. Дурак, не подумал. Если бы учебный персонал начальных школ увольнялся или его бы увольняли каждую четверть, по всей Англии учителя только и делали бы, что перелетали с места на место, как почтовые голуби.
Старший инспектор дежурно рассмеялся.
— Эми с Уоргрейвом, надеюсь, уже все уладили? — поинтересовался Роджер.
— Да, помолвлены.
— А Эльза Кримп и его преподобие?
