– Стоп! Сначала допей кофе и перекуси по-человечески. Ты уверен, что мы быстро там закончим. Ну, представь себе, что мы нашли вход и что? Мы же не сможем бросить все и уйти, надо будет продолжать осмотр дальше. А это значит, надо ехать к прокурору и брать ордер на обыск подземки, ведь у нас ордер только на обыск во владениях Денисова, а подземка это уже другое дело. Кто-то поедет, скорее всего, ты, а мне придется оставаться с ребятами у Денисова и следить, чтобы он чего не придумал, к примеру, не взорвал вход. И тогда пиши пропало. Чем можно доказать, что все это сделал Денисов. Вот так. Ешь, и пойдем. Пять минут нас не устроят.
Через десять минут вся компания, кроме Гали, полезла в подвал, оставив возле входа дежурного Андрея. Вернулись они через полчаса, сказав, что первый осмотр и обмер был, в общем-то, точным. Решили, что Игорь берет машину и едет за дедом в деревню Кузькино, а все оставшиеся идут пешком и пытаются сориентироваться по дороге по предполагаемому пути подземки. От участка Гали по участка Денисова совсем не далеко, после участка бабы Клавы, который расположен после Галиного, сразу был поворот налево. И сразу напротив поворота слева росла смешанная группа деревьев. Вот за этой рощицей и разместилось поместье Денисова. Вернее тут начинался забор. Вдоль забора через метров пятьдесят были большие ворота, а маленькая дверь находилась чуть дальше, через метра полтора от больших ворот. Группка во главе со Стасом шла медленно, обсуждая, где может проходить подземка. Пока мнения всех совпадали. И на подходе к участку мнения всех участников обсуждения совпали. Подземка должна была заканчиваться именно здесь, на участке Денисова. Или же проходила под его участком дальше. Но этого просто не должно было быть. Во-первых, подземка получалась длиннее, чем была на самом деле, во-вторых, дед Игнат рассказывал, что именно на стройку Денисова машины шли чаще, чем на другие участки, и в третьих – Валентина Васильевна рассказывала, что по ее мнению рабочих было гораздо больше, чем работало на стройке. Значит, остальные рабочие работали там, где их было не видно. И, скорее всего, вход в подземелье основательно охранялся, чтобы не дай Бог, кто посторонний не увидел ничего лишнего. В общем, конечно, это очень сложно, скрыть строительство в подземке от тех, кто работал наверху. Но, возможно, от строителей это и не скрывалось вовсе, а скрывалось от Валентины Васильевны, которая по вечерам уходила в город, домой. И к тому часу, когда она проходила мимо входа – если, конечно, вход находился на пути ее следования – делалось все так, чтобы она ничего не заметила. Это было совсем не трудно. По ее словам, она выходила ровно в девять, ни минутой раньше, ни минутой позже – так было приказано хозяином. Повариха не видела в этом ничего странного, она считала Денисова просто очень дисциплинированным человеком. Судя по его жесткому расписанию, домработница считала, что он был в прошлом военным человеком. Даже пыталась как-то полюбопытствовать у охранников об этом, но встретила однозначный ответ “не знаю”. Больше она не пыталась никого ни о чем спрашивать. Денисов хорошо с ней обращался, был вежлив, никогда не повышал голоса, не высказывал недовольства ее работой, платил хорошо и во время. Частенько баловал премиями, и Валентина Васильевна перестала сомневаться в том, что ее когда-то волновало. Она думала, ну и пусть, что что-то мне кажется не так, какое мне дело. Дело не мое, мне платят, не притесняют, а что мне еще надо.
Участники обыска подошли к ограде. Стас поднял голову и увидел на самом верху изгороди камеру. По периметру ограды до самых ворот их было несколько. В первый раз, когда они с Игорем вдвоем приходили сюда, а после обследовали овраг, камеры они не заметили. Неужели камеры были поставлены уже после или они просто их не заметили?
Игоря с дедом пока не было, и Стас с Галей подошли к краю оврага. Через овраг ограда проходила по его дну, только снизу ограда была бетонной, а на уровне краев оврага начиналась обыкновенная кирпичная стена. Они не стали спускаться на дно оврага, считая, что это надо делать законно, т.е. всеми участниками осмотра и при понятых. Вдруг что-то обнаружится, а зафиксировать не будет законной возможности. Они прошли вдоль забора в сторону ворот, и пошли дальше, бегло осматривая забор. Зная или вернее подозревая, что за ними наблюдают через камеры, они не подходили близко к забору, но, делая вид, что забор их очень интересует. Стас был уверен, что Галя права в своих подозрениях насчет клумбы, но специально вел себя так, чтобы усыпить бдительность охраны своим интересом к внешней стороне забора. Они дошли до угла, где забор стыковался с соседним, не очень высоким и без камер, забором. Возможно, этот забор был еще не доведен до ума, так как стройка была не закончена – дом был построен наполовину, хозяйственных построек достроенных до конца, тоже не наблюдалось. По всему было видно, что сосед был не таким богатым человеком, как Денисов.
